Круг перемен

Повисшее молчание добавляло словам невыносимой боли.

Сжавшись на стуле, Марфа Афиногенов-на всем телом качнулась вперёд и оперлась лбом на кулак.

— Вера, ты пришла с пустыми руками, без саквояжа и без вещей.

— Как? — Верины глаза расширились. — Как — без саквояжа? Там же всё: письма, фотографии, там Матвеева бритва… «Золинген», с черепаховой ручкой, он любит… любил ею бриться. — Она махом откинула одеяло и заметалась по комнате. — У меня ничего не осталось! Ничего! — Она остановилась напротив Марфы Афиногеновны: — Тётя Марфа, где моё пальто?

— Верочка, зачем тебе пальто? Ложись, ты больна.

 — Марфа Афиногеновна говорила спокойно, но по лицу её текли слёзы.

— Пальто! Мне нужно моё пальто! — продолжала твердить Вера.

Марфа Афиногеновна дёрнула сонетку:

— Маша, принеси Вере Ивановне пальто.

Вера ждала своё пальто, стоя босыми ногами у двери, и, едва появилась горничная, вырвала его у неё из рук.

— Здесь, здесь должно быть. — Она опустилась на четвереньки, лихорадочно проверяя карман за карманом: — Есть!

Вера отстегнула булавку на внутреннем кармане и достала оттуда открытку, слегка потрёпанную на уголках.

На картинке, стоя на облаке, Богородица с Младенцем благословляли коленопреклоненное русское воинство.

— Слава Богу, открытка осталась! — Вера поднялась на колени и развернулась к Марфе Афиногеновне. — Матвей написал, что им на фронте раздавали открытки, и он взял две: одну себе, а другую мне, чтоб мы, глядя на них, думали друг о друге.

И ещё Матвей написал, что не верит в Бога, но, когда мы сложим наши открытки вместе, он признает, что Бог есть.

Бали, 2019 год

С первыми тремя виллами в стиле хай-тек Анфиса справилась за три дня. Много стекла, чётких линий и кубических форм, в которых легко угадывался замысел архитектора стильно и лаконично вписать строение в окружающий ландшафт. Особых сложностей подобная работа не доставляла, потому что те, кому нравится современный дизайн, ориентированы на западные стандарты комфортной среды и не требуют ничего эксклюзивного.

— Завтра с утра поедем к основному объекту, — сообщила вечером словоохотливая Марина, приставленная агентством к ней в провожатые. — Там такое! — Марина закатила глаза к потолку. — Если сумеем втюхать недвижку какому-нибудь олигарху, то начальник обещал выписать премию. Наверное, и тебе тоже.