Онлайн-библиотека книг
Шрам тяжёлыми буграми раздваивал губу надвое и тонкой ниткой сбегал к шее. Наверное, купчиха не умела улыбаться. От повисшего молчания Матвейке стало не по себе. Он смело зыркнул глазами и выпалил первое, что пришло в голову:
— О прошлом годе у нас на тётку Жире-чиху барсук напал. Всю харю в клочья располосовал. Так у неё теперь и одного глаза нет. А у тебя вон, оба на месте, и нос целёхонький.
Марфа Афиногеновна всё-таки умела улыбаться, потому что в глазах заплясали весёлые искорки, что в одночасье заставило забыть о её уродстве.
— Да, мне повезло. — Она положила Матвейке на плечо свою руку и посмотрела на маманю: — Добро пожаловать в гости, дорогие сродники. Коль уж Господу было надобно, чтоб мы нашлись, больше теряться не станем.
* * *"
"Осень подкрадывалась незаметно, исподволь: ночью она холодила воду в реке и пересыпала траву густым инеем, а днём усердно раскрашивала листья на деревьях, попутно просеивая через небесное сито мелкие частые дождички. Нынешняя осень сулила большой урожай, и в имении уже готовили вёдра и кадки, выбучивали из погреба бочки, чтобы прокалить можжевельником перед тем, как начать квасить капусту или заливать растительное масло с тонким запахом летнего зноя.
Марфа Афиногеновна допивала утренний кофе, когда в столовую вошёл невысокий молодой человек с буйной шевелюрой каштановых волос и круглым пенсне на носу.
— Прошу прощения, госпожа Беловодова, что прерываю вашу трапезу, но моего ученика опять нет в классе. Не скрою, я нуждаюсь в средствах, но, если Матвей продолжит манкировать занятиями, я буду вынужден отказаться от места! Пусть его учит кто-нибудь другой, и желательно с розгами! По-иному он не понимает.
Марфа Афиногеновна посмотрела на горничную, что прибирала на столе после завтрака:
— Параша, ты видела Матвея?
— Да кто ж знает, где его носит? — Параша сердито сдвинула брови.
— Не надо. Сама поищу сорванца. Господин учитель, прошу подождать.
