Круиз с миллиардером

Все эти переживания и сомнения так сильно меня утомили, что казалось, я весь день сажала картошку на даче или полола грядки под пристальным надзором бабушки.

Я не стала включать свет, так и оставшись в темноте. Снова легла на кровать, закуталась в покрывало и позволила слезам течь по моим щекам. Ну и пусть. Вот умру я тут одна, от горя. Он одумается, прибежит, а будет уже поздно. Пусть плачет над моим хладным трупом…

Не знаю, в какой момент это всё перешло в сон. Но труп мой уже лежал на изрубленной палубе с выпавшей из руки абордажной саблей, рядом с которой сидел, нахохлившись, попугай…

Посыпалась я долго и нехотя.

Он целовал мои губы с такой тягучей нежностью, словно стараясь испить до дна всю грусть, что отдавала горечью во рту. Сначала я продолжала лежать неподвижно, помня о его недоверии и запертой каюте. Но постепенно раскрывалась в его умелых руках и начинала отвечать на его ласки со всё возрастающей страстью.

Услышав его ответный стон, вдруг поняла – это не сон больше. Джон здесь. Он рядом. Это наяву его губы касаются моей кожи, а его руки сжимают меня в горячих объятьях.

– Джон, – простонала то ли жалобно, то ли просяще. Не знаю, чего я хотела больше, чтобы он остановился и объяснился со мной, или чтобы продолжал дарить мне наслаждение.

– Ш-ш, – он приложил палец к моим губам, нехотя оторвав от них свои губы.

И я замолчала, отдаваясь ему без остатка. Какая разница, почему он пришёл, если он здесь, рядом, во мне…

Потом мы долго лежали, обнявшись и переплетя наши пальцы. Я никак не могла сформулировать вопрос, который мне очень хотелось задать. А Джон думал о чём-то своём. Наверное."

"Мне было хорошо, тепло и уютно. Именно так, как и должно быть. Рядом с ним. А об остальном можно подумать и завтра.

Уже соскальзывая в сон, я наконец сложила в предложение слова, которые не давал мне покоя:

– Ты не боишься находиться со мной наедине?

– С тобой я ничего не боюсь, – ответил Джон, поворачивая меня на бок и прижимая к себе.

46

Проснулась я счастливой, ощущая рядом присутствие Джона. Мы снова занялись любовью, не в силах насытиться друг другом, как будто после долгой разлуки.

Я боялась, что с наступлением утра вновь вернётся вчерашнее недоверие и настороженность.