Круэлла де Виль. История злодейки с разбитым сердцем

Посмотрев по сторонам, я заметила, что у нас кого-то не хватает.

– А где миссис Веб? – спросила я.

– О, она обедает одна, в своей гостиной, – ответила мне миссис Бэддли, закатывая глаза и делая смешной томный жест ручкой.

– Вот как? Выходит, мисс Ужасная-и-Великая слишком высоко занеслась, чтобы есть вместе с остальными слугами? – спросила я, и все за столом дружно рассмеялись. Лёд между нами был сломан. Мне было удивительно приятно сидеть с ними со всеми за столом, видеть, как они улыбаются, и улыбаться им в ответ.

Горничные вовсю болтали и хихикали, но затем миссис Бэддли положила этому конец, спросив дворецкого:

– Мистер Джексон, не попросите ли вы Джин включить радио? Сейчас, насколько я помню, должны передавать рождественский концерт.

– Прекрасная мысль, миссис Бэддли, – просветлел лицом Джексон. – Сейчас мы его послушаем, а я тем временем спущусь-ка в погреб и принесу пару бутылочек. Сегодня же Рождество, в конце концов.

Вечер удался на славу. Мы ели, пили, слушали прекрасную музыку по радио.

Анита придумала сходить за припасёнными ею хлопушками, бумажными смешными шапочками и бенгальскими свечами. В таких декорациях обед – первоклассно, кстати, приготовленный миссис Бэддли – пошёл ещё веселее.

– Я хочу предложить тост! – воскликнула я, поднимаясь на ноги. – За миссис Бэддли и её восхитительное угощение!

– За миссис Бэддли! – радостно поддержали меня все. Знаете, даже Джексон тогда выглядел весёлым и счастливым в своей сдвинутой набок бумажной короне, которую он, правда, надел только после долгих наших уговоров.

Прекрасный это был вечер, весёлый, праздничный и... ну да, семейный.

Мне нравилось смотреть на окружавшие меня счастливые лица. Обедать внизу оказалось намного интереснее и занятнее, чем в столовой наверху. По крайней мере, никто мне здесь не напоминал поминутно о том, что я веду себя не так, как должна вести себя настоящая леди. Здесь все и безо всяких церемоний передавали друг другу миски и блюда, накладывали полные тарелки и ели от души.

Джексон на правах главы этой дружной семьи отрезал всем ломти от огромного окорока, а миссис Бэддли потчевала нас с Анитой нашими любимыми лакомствами.

– Ах, миссис Бэддли, дорогая моя, вы, оказывается, запомнили, как мне нравилась всегда ваша сырная соломка! – чуть не визжала от восторга Анита.

– Да, да, – с довольным видом улыбалась в ответ миссис Бэддли, не переставая при этом уплетать окорок. – Конечно, я помню, что из моей стряпни вам нравится, мисс Анита.