Разговоры про «суверенную демократию», вылеты сорокалетней давности бомбардировщиков к берегам США, какие-то безумные строительные прожекты, реформа армии, затеянная мебельным торговцем, — все это было призвано прикрыть то, что один американский адмирал метко назвал «имитацией силы».
Сил не было.
Но прежде чем говорить о возрождении — давайте вспомним о том, как все начиналось…"
"Одна тысяча девятьсот четырнадцатый год. Год слома. Потом советские историки делали себе карьеры на доказывании слабости и неустойчивости имперской России.
Сами того не подозревая, своей наглой ложью они разрывали сакральные скрепы истории, ограничивая период благоденствия временем социалистического правления, они растили манкуртов, озлобленных людей без рода, без племени, которые сыграли свою роль в девяносто первом. На самом деле — за всю свою историю Россия не была столь сильна, как она была сильна в одна тысяча девятьсот четырнадцатом году.
Четырнадцатый год — это год, поспешествующий двум с половиной десятилетиям постоянного, непрерывного экономического роста.
Благодаря реформам Александра Третьего и Николая Второго среднегодовые темпы роста российской экономики на протяжении целой четверти века превосходили развитие всех других развитых стран, составив 8 % в 1889–1899 гг. и 6,25 % в 1900–1913 гг. (снижение темпа объясняется войной с Японией и попыткой «первой революции»). Более того — за период с 1914 по 1916 год рост русской экономики составил двадцать один с половиной процент! То есть тяжелейшая, невиданная война привела не к экономической катастрофе, как в сорок первом — сорок пятом, а наоборот, к еще большему экономическому росту! Двадцать один с половиной процент роста за три года — это больше, чем мы сейчас пытаемся «выдавить» в мирное время! Промышленное производство с 1900 по 1913 год выросло втрое, с 1890 по 1914 год утроился и объем внешнеторгового оборота.
Россия занимала первое место в мире не только по производству зерна, но и по производству текстиля, экспортируя его больше, чем Британия.
По темпам роста ВВП и по темпам роста производительности труда к 1913 году мы обошли США и также заняли первое место в мире. По объему производства в натуральном выражении на душу населения мы занимали четвертое место в мире, а по доходам на душу населения — пятое, причем при подсчете Британия, например, считалась без своих колоний, а Россия считалась полностью, колоний у нее не было.
