— Группе Техас — короткими перебежками вперед! Прикрывая друг друга!
И они пошли вперед…
Спасательная группа ВВС, позывной — Ромео
— Сэр, активность противника по склонам!
— Огонь на поражение по всем выявленным точкам! Огонь на поражение!
Офицер, управляющий вторым MV-22, принял рискованное решение, — он не стал переводить свою машину в вертолетный режим и получил в итоге двухдвигательный штурмовик, вооруженный скорострельным пулеметом калибра двенадцать и семь, который мог развить пятьсот километров в час — нормальные показатели для штурмовика Второй мировой войны, на таких машинах эту войну и выиграли.
Сейчас он заложил вираж и шел в атаку на позиции противника на склонах, а его второй пилот поливал их огнем из скорострельного крупнокалиберного пулемета. Первый вертолет, перешедший в вертолетный режим, едва успел шарахнуться в сторону.
— Ромео-два, ты что, с ума сошел?!
— А ни хрена! — ответил пилот, не соблюдая дисциплину связи. — Я намерен здесь все обоссать как следует, прежде чем зависать.
Обойди стороной!
— Ромео-два, придурок, машина на закритическом режиме!
— Вывезет!
Пилот принял ручку на себя, выводя машину из виража, и в десантном отсеке людям пришлось приложить достаточно усилий, чтобы не полететь по нему, считая углы.
— Йе-х-х-ху!
— Придурок! Техас-Альфа, это Ромео, подтвердите безопасность площадки! Выйдите, черт побери, на связь!
— Ромео, это Техас-Альфа, площадка ни хрена не безопасна, садиться не советую. Но мы стараемся. Вопрос — кто тот псих, который едва не посносил нам бошки винтами?!
— Техас-Альфа, этот псих будет вас забирать.
Обозначьте посадочную площадку, заберем вас по тросу. Вопрос — есть раненые?
— Положительно, Ромео, у нас есть раненые и убитые!
— У нас есть гондола для летчиков, сначала спустим ее. Держитесь!
Пулемет на Ромео-один тоже работал, не прекращая, пилот пытался подавить огневые точки противника дальше на склоне, наведения не было никакого, работать приходилось почти что вслепую.
— Ромео-два, вошел в режим зависания!
— Принял, прикрываю!
Пулеметчики с крупнокалиберным вверху в этот момент потеряли сектор для стрельбы — невозможно было стрелять, не рискуя попасть в вертолет.
Впрочем, патронов к крупнокалиберному осталось пол-ленты… даже меньше.
Пули ударили по краю десантного люка, высекая искры. Бортовой пулемет работал не переставая.
— Черт… нас так здесь на куски порвут, — выругался работающий на лебедке сержант, — мы не можем так долго висеть.
