Подполковник принял решение — он достал из кармана пистолет Стечкина с глушителем, который отнял у одного из спецназовцев, бросил его Газизу.
— Пошли. Надо пробиться к штабу. Прикроешь меня, понял?
Он повернулся, сделал шаг к двери, потом еще шаг…
Щелчок.
Подполковник обернулся. Газиз, встав со стула и направив на него трофейный пистолет, нажимал на спуск. Пистолет не стрелял.
— С бойком он будет работать лучше, — сказал подполковник, поднимая свой Мк-23.
Газиз не шевельнулся, видя, что пистолет направлен на него, — а в глазах бушевала такая ненависть, что становилось страшно.
— Зачем ты это сделал, Газиз? Где Тарик, вы убили его? Убили своего командира? Что же вы за подонки! Ты же родственник президента, Газиз, из одного с ним племени. Зачем ты предал его, Газиз, скажи мне?
— Аллаху акбар! — коротко, громко и исчерпывающе ответил Газиз.
Подполковник выстрелил — и заместитель командира бригады спецназа Йемена свалился на пол…
Аллаху акбар…
Белый свет включившегося прожектора бьет в окно, высвечивая противоположную стену так, что на ней видны мельчайшие трещинки.
По-видимому, связанного кто-то нашел, или еще что-то произошло. А он — опоздал.
— Всем выйти с поднятыми руками! Считаю до пяти! Пять!..
Подполковник, не поднимаясь, пополз к ближайшему мертвецу. Шансов у него было немного — только один…
Гранаты. На поясе, и длинная веревка, хорошая длинная, крепкая веревка. Автомат… так, патрон в патроннике, готов к стрельбе. Нож… отрезать… так. Спусковые кольца гранат.
Быстрее, быстрее, быстрее…
— Нар![104]
Загрохотали сразу несколько автоматов, пули летят через окно, визжат, бьются в стену — хорошо, что это строили русские, строили как следует из каких-то плит, палатку бы уже изрешетили вдребезги. Черт, черт, черт…
Быстрее. Пистолет в руку… черт, попали? Нет, не попали, но сейчас попадут. Быстрее, быстрее, быстрее!
— Я выхожу! — закричал по-английски подполковник.
Огонь не прекратился — они знают, кто внутри, но все равно продолжают стрелять.
Значит, это и впрямь — мятеж.
Подполковник отпер дверь, толкнул ее и дернул за веревку, привязанную к кольцам четырех гранат, которые он умудрился прицепить на снаряжении мертвеца на уровне груди. Сам он бросился вперед, как бегун с низкого старта. Мертвеца он удерживал за трофейный автомат, который он засунул за ремень на спине стволом вниз, — и получил возможность держаться, и чтобы мертвец не сваливался. Четыре секунды. Один-два-три…
Грохнуло.
