Круто ты попал!

– Согласен, – помолчав, кивнул Биэль, – мы один раз отбили нападение, но не победили в полном смысле этого слова, сами знаете. И никакая Лестница, ни Великая, ни самая обыкновенная, нам не открылась. Надо было добить и самого Александра, и его воинов, но Генрих не хотел смерти старому другу.

– За что и поплатился, – мрачно добавил Харви.

В комнате повисло тягостное молчание, которое нарушил тот же Мортимер.

– Так вот, – продолжил он, – я что предлагаю-то… Завербуем студента, разузнаем, что и как, а потом он, этот наш лазутчик, намекнёт кому надо, что я, например, тоже не в восторге от того, что меня здесь не ценят…

– Да за что тебя ценить-то? – привычно проворчал висящий на карнизе Кеннет, – одна сплошная головная боль от тебя.

– Ты не прав, – с упрёком покачал головой Тео, – Морти оказался очень даже на своём месте. Только я пока не понимаю, что нам это даст — то, что ты как бы недоволен.

– Я смогу тоже стать шпионом, – подбоченясь, сообщил будущий лазутчик, – и узнаю всё, что нам нужно. Стану… как же это… я читал в одной книжке… «агентом спецслужб», вот!

– Какой только ерунды ты не читаешь, – буркнул Кеннет, который периодически начинал ревновать Теодора ко всем окружающим, так или иначе становящимся к ректору ближе.

Не распространялась его неприязнь только на призраков и почему-то на Хасида. – По тебе и видно…

– А хочешь, я и тебе достану почитать? – тут же предложил Мортимер от чистого сердца, – там такие истории есть — зачитаешься!

– А вот хочу, – с вызовом откликнулся мышь, – надо же понимать, какой гадостью ты себе голову забиваешь…

– Не отвлекайтесь от насущных задач, – остановил спорщиков Кармайкл, – давайте решать, что делать с потенциальным шпионом во вражеском лагере.

К сожалению, демоны сразу отпадают, так как всем известно, что мы в такие игры не играем. Не по характеру нам, что уж тут говорить, так что не поверит никто.

– Опасно это, ох, опасно! – покачал головой Джулиан. – Я как вспомню взгляд того, который ко мне приезжал, так мороз по коже.

– Я подумал про Морригана, – постукивая пальцами по столу, сказал Хасид, – но он парень прямой при всех его вывертах.

Не поверят нам, если он вдруг начнёт интриги плести. Такому, как он, проще своё недовольство впрямую высказать.

– Верно, – не стал спорить Тео, – мог бы Саймон Кайс, из боевиков, но уж больно он мутный сам по себе, не стал бы я ему доверять ни на грамм.

– Проблема в том, что мы пока их плохо знаем, – задумчиво сказал Биэль, – хотя мысль у меня есть.