Крутой. Право на любовь

Надо же, из белого и пушистого котика резко вдруг превратился в разъяренного тигра. Глаза горят, желваки вовсю играют на скулах, да и его тон не предвещает ничего хорошего. Скорее рык обозленного зверя, чем человеческий голос.

Но я почему-то уверена, что он врет…

– Не должен, – я пытаюсь хранить спокойствие и хладнокровие, но получается с трудом. – Но все же…

– Слушай, детка, ты меня достала! – Костя чуть ли не силой вырывает смартфон у меня из руки. – Сам завтрак закажу, – засовывает гаджет в карман и направляется к двери, перед этим одернув мою руку, но я поддаюсь какому-то странному порыву.

И делаю несколько шагов следом за мужчиной.

– Подожди! – кричу и останавливаюсь, а мой собеседник негромко стонет.

Но тоже тормозит, а после снова поворачивается ко мне лицом.

– Что еще? – недовольным голосом произносит, но тут, как обычно происходит со мной, очередной казус. Делаю очередной шаг, спотыкаюсь, что называется, на ровном месте и лечу прямо в объятия мужчины.

– Какой же ты негодяй! – я игнорирую и его сарказм, и его наглые намеки, отворачиваясь и вырываясь из его объятий.

– Не обижайся, – он целует меня в щеку, а после теребит волосы на макушки. – Со мной иногда очень тяжело.

И снова я одна. Теперь уже просто провожаю спину мужчины, больше не желая за ним бежать. Да сдалась мне эта правда! Ну, спутал меня с какой-то девушкой, с кем не бывает? Чего я вдруг прицепилась к нему с этой больницей!

– Не похож, – констатирую факт, прокручивая все те обрывки воспоминаний из того злополучного вечера.

Меня сначала подрезали на дороге, когда я пыталась повернуть на нужную мне улицу, а после силком вытащили из машины.

– Если твой папаша не угомонится…

– Позвоните ему! – даже голос не дрогнул, да и страха особо не было.

Папа все разрулит. Никогда меня не бросит. А этим недоумкам придется тяжко…

Но только не в тот вечер – абонент не захотел отвечать.

И я оказалась крайней…

Не помню, как меня били, чем грозились и какие кары небесные на голову мне обещали свалить, только в одно мгновение вдруг стало легко. Туман, я в белом платье практически парю над землей, и так светло на душе. Никаких тебе забот, проблем и остальной земной ерунды.

Какие-то странные облака, яркий свет и…

А дальше мужской голос.