Крутой. Право на любовь

 – Торговать родной дочерью? Ради чего? Куска земли?

– Угораздило же ее родиться девкой! – повышает голос Спасский, игнорируя мои вопросы, а Ульяна снова негромко произносит, закатывая глаза:

– Как же я тебя ненавижу!

– Я всю жизнь мечтал о сыне, – продолжает мужчина, мотая головой из стороны в сторону. – Но, как назло, сначала родилась она, – кивает в сторону Ульяны, – а после жена так и не смогла второй раз забеременеть.

– Чего ж ты своих шалав не обрюхатил, папочка? – голос девушки снова срывается на крик. – Вот и родила бы тебе какая-нибудь Эльвира и Анжелика сына, а меня бы вы все оставили в покое!

– Тебе не понять, – Виктор Алексеевич машет рукой в сторону своей дочери, но та уже завелась.

Танком не остановить – Господи, кто бы знал, как я сейчас горжусь своей девочкой.

И именно сейчас… Я признаюсь… Прежде всего, я честен перед собой.

– Уверена, что и мать тебя бросила, а не ты ее, так как выдержать такого идиота, как ты, нереально! Да тут никаких нервов не хватит!

– Заткнись! – шипит Спасский, но глаза Ульяны, как и немногим раньше ее отца, медленно наливаются кровью.

– Да нет уж, это ты заткнись! – девушка тычет пальцем в сторону мужчины. – Я тебя ненавижу! И буду повторять это снова и снова, пока до тебя не дойдет смысл моих слов. Я никогда тебе не прощу уход мамы, – девушка замолкает, но ненадолго. Делает шаг вперед… Останавливается… И прямо в лицо отцу выдает: – Я его люблю, понял? И ты ничего с этим не сможешь поделать. Я никогда не выйду замуж за эту жирную свинью, которую ты мне сулишь в мужья.

– Заткнись! – повторят Виктор Алексеевич, правда, теперь уже шипит, как змея, видимо, растеряв весь свой боевой запал.

– Я лучше сдохну! – добавляет моя любимая девочка, разрывая мне сердце на части.

Я, кстати, тоже не ожидал от Ульяны подобной прыти. Надо же, какая смелая малышка. Противостоять открыто такому тирану, как Спас – это, скажу я вам, не каждый сумеет. Мужики многие пасуют перед тяжелым взглядом Виктора Алексеевича, а тут молодая девчонка.

Понятно, что он ее в грош не ставит и пытается “продать” подороже, раз уж угораздило ей родиться девочкой, но он перебарщивает. Сильно.

И вряд ли прислушается к здравому смыслу или к чьим-то советам.

– Ты переходишь все границы! – шипит Спас, но Ульяну уже несет.

И вряд ли она сейчас отреагирует на слова своего папаши.

– А еще лучше грохну своего недоженишка, чем стану его женой! – выдает Ульяна, а я лишь усмехаюсь.