Крутые парни

Глава 55

Во все времена наказание оставалось неизменным – смерть. Очень редко – пощечина. Последнее считалось позором, и законники всегда предпочитали небытие принародному бесчестью.

Варяг прибыл в Екатеринбург как смотрящий по России и не только для того, чтобы судить, но и карать. Воры в покорном ожидании смотрели на него, надеясь разглядеть в его глазах собственную судьбу.

– Я сохраню вам жизнь, – спокойно сказал Варяг. – Лет десять назад я, пожалуй, поступил бы иначе. Кто знает, может, старею. Но с сегодняшнего дня вы уже не воры в законе и не положенцы.

 – Шагнув к Горелому, он властно потребовал: – Наклони голову!

Когда Горелый склонил голову, Варяг с размаху отвесил ему пощечину.

Следующим был Золотой.

– Последние зубы не выбей, Варяг. Рука у тебя тяжелая."

"– Постараюсь сохранить не только зубы, но и твое золотишко, – с отвращением процедил Владислав, а потом залепил тому звонкую оплеуху.

Та же участь постигла и Хруста с Королем. Они безропотно приняли суровое наказание.

Настала очередь Лысого.

В память о тюремном прошлом он предпочитал коротко стриженные волосы – так шрамы проступали особенно заметно. Лысый считался одним из виднейших воров Урала и, несмотря на молодость, успел зарекомендовать себя опытнейшим организатором, способным устраивать сходняки даже в пересыльных тюрьмах.

Короновавшись на зоне, Лысый стал крестовым вором и посматривал на скороспелок, получивших воровской титул за деньги, так же пренебрежительно, как боевой офицер на интендантов. За заслуги перед воровским миром вместе с титулом вора в законе Лысый получил от блатных толстую золотую цепь, с которой никогда не расставался.

Позже он повесил на нее огромное распятие, украшенное бриллиантами. Цепь стала символом его триумфа. Не без основания его прочили на смотрящего по региону.

Среди блатных ходили упорные слухи, будто Варяг прибыл не только для того, чтобы наказать ответственных за провал сходняка, но и присмотреть претендента на новое назначение. Даже горечь развенчания не смогла истребить у воров любопытства.

Они ревниво наблюдали за тем, какими глазами Варяг смотрит на Лысого – каждый знал, что слова смотрящего могут не только уничтожить, но и вознести.

Через мгновение Лысого ожидало либо забвение, либо триумф. Но Варяг спросил:

– Ты понял, какую ошибку совершил?

– Да, – безрадостно отвечал Лысый. – И все же, Варяг, прошу простить меня.

– Почему же?

– Воровскому миру я принесу гораздо больше пользы, если останусь вором в законе.