Кружевница из ковена Будриоли

Ее темные с проседью волосы прикрывала голубая косынка, а в ушах подрагивали тяжелые серьги с красными стеклышками вместо камней.

- Хозяйка прибыли. Мария Дмитриевна! А с ней граф! Стешку зови! - не переставая улыбаться мне, крикнул Иван. – Да покои готовьте!

- Ох! Вы уж простите меня! – женщина низко поклонилась. – Сейчас все сделаем, барышня! А вы, может, пока чайку с дороги?

- С удовольствием, - я огляделась. – Куда нам идти?

- За мной следуйте! Сейчас я вам все покажу! – Иван, прихрамывая, направился к белоснежным дверям.

– Довольны останетесь, Мария Дмитриевна! Все у нас до ладу!

- Пойдемте, - я повернулась к своим спутникам. – Будем пить чай.

- Ты так легко говоришь с этими людьми… - тихо сказала Надя. – А я ни слова не понимаю!

- Можно применить колдовство, - шепнула уже не госпожа Йетта, а Елизавета. – С ним легче язык выучим. Займись этим.

- Хорошо, - кивнула девушка, рассматривая окружающий ее интерьер с восхищенным интересом. – Как же здесь необычно! Совсем не похоже на дом…

Мы вошли в столовую, и пред нами сразу предстал большой круглый стол, стоящий точно по центру.

Над ним нарядно поблескивала красивая люстра. Между окнами расположился изящный буфет с расписной фаянсовой, фарфоровой и стеклянной посудой. А в углу комнаты источала тепло высокая печь, выложенная изразцами.

Из другой двери показалась невысокая юркая девушка со стопкой столового белья в руках. Она положила ношу на на стул и поклонилась.

- Здравствуйте, барышня. Добро пожаловать.

- Дочь? – спросила я у Ивана, и тот кивнул.

- Стефания моя. Шустрая девка, Мария Дмитриевна, ох, и шустрая!

Девушка поменяла скатерть, разложила чистые салфетки, а вскоре послышался звон посуды из соседней комнаты.

- Буфетная, - с гордостью пояснил слуга. – Вся посуда, серебро, скатерти, праздничные и повседневные – все хранится там!

Я кивала, улыбалась, а сама думала, что не станет у меня денег, и этот дом просто нечем будет содержать. В него явно вкладывались немалые средства.

Нас напоили чаем, потом накормили вкусным обедом.

А после граф отбыл в свое имение, чтобы повидать матушку. Перед тем как уехать, он сказал, отведя меня в сторону:

- Теперь я буду звать вас Мария Дмитриевна. Привыкайте к новому имени. Так будет легче. Кстати, вы говорите по-русски без малейшего акцента. Может, все-таки признаетесь: как такое возможно?"

"- У нас в поселении жила русская женщина. Она ухаживала за мной после смерти матери. У нее я и научилась, - ответила я.