В прошлой жизни он даже представлял, как отвезет туда жену, чтобы своими глазами увидеть «притягательное место», как переводилось название с арабского.
Сначала не сложилось, затем идея потускнела и стала казаться не очень притягательной, потом Зимин про нее совсем забыл и вот сейчас ощущал внутри себя именно такую воронку, в которую проваливался по ночам. Нет, если Снежана поднимет его на смех или даст понять, что его неуклюжие ухаживания ей неприятны, он все-таки напьется. До поросячьего визга, до соплей, до чертиков.
Именно из-за нежелания сорваться он и не звонил уже несколько дней, но сейчас у него был повод – тетрадь, которую эта женщина хотела посмотреть. Вещдоком она больше не была, а потому, закончив самые важные дела, Зимин задумчиво покачал на руке телефон и решительно набрал нужный номер.
Она взяла трубку сразу, будто держала телефон в руках. Зимину было приятно думать, что в ожидании его звонка, хотя он и понимал: это точно не так.
– Здравствуйте, Михаил Евгеньевич, – услышал он звонкий голос в трубке и вдруг представил его обладательницу всю, как она есть, от русых волос, собранных в кучку, до изящных осенних ботинок, в которых она ездила на дачу.
Между «кучкой» и ботинками все тоже было очень даже достойно, так, что тянуло потрогать. Сорокалетний следователь Зимин внезапно почувствовал себя школьником, на мгновение перестал дышать, а осознав это, запыхтел как паровоз, смущенный и сердитый донельзя. – Алло, ау, вы меня слышите?
Она зачем-то подула в трубку, и Зимин вдруг почувствовал на своем ухе теплое дуновение, хотя по законам физики это было совершенно невозможно.
– Здравствуйте, Снежана Александровна, – сказал он, потому что молчать дальше становилось неприличным. – Вы просили дневник, найденный у задержанного. Я закончил работать с ним и готов вам его показать, если интерес еще не угас.
– Дневник? У задержанного? О, вы имеете в виду того каторжника, про которого рассказывал вам потенциальный убийца старушки? Как это у Бернарда Шоу? Кто шляпку спер, тот и старушку пришил…
– В данном случае все происходящее больше напоминает достоевщину, – сообщил Зимин.
– На нашей земле «Преступление и наказание» приживается гораздо лучше «Пигмалиона», особенно в части пришитых старушек. Но в данном случае, Снежана Александровна, должен отметить, что задержанный Некипелов, пожалуй, действительно не имеет к убийству никакого отношения. Мотива у него нет, вот в чем дело.
