Онлайн-библиотека книг
Так бы и металась в клетке, отчаянно воя, рискуя заживо сгореть от опалявшей меня боли, но единственная в тот момент мысль, куда бы спрятать огромные неуклюжие крылья, неожиданно исполнилась. Несколько дней назад бывшие белоснежными, а теперь сплошь в черных подпалинах и крови, крылья покрылись дымкой, туманом, и – растаяли, словно втянулись в спину. Кажется, я кожей почувствовала это движение."
"Опешив, я закрутилась волчком: крылья действительно исчезли, а сама ощутила знакомую легкость движений, когда сзади ничего не тянет, не мешает.
В магию верилось больше, хоть и смешно от самой мысли о ней.
Хотелось потереть лицо, чтобы проснуться наконец от этого кошмара. Остановила обгоревшая кожа на ладонях. Так мы и стояли, глядя друг на друга: я – босиком на мокрых камнях, хотя вокруг клетки утрамбованный множеством ног снег, а на свободе – издевавшиеся надо мной дети. Родители – более крупные и высокие аборигены, мелькавшие то тут, то там, в жестокие детские игры не вмешивались.
В этот момент я увидела немного сгорбленного, похоже, от старости, мужчину в красивых белых шкурах. Он не спеша шел к клетке и выделялся из толпы аборигенов одеждой и почтением, что оказывали ему другие. Незнакомец в белой шубе явно непрост и обладает здесь властью. Но не почет и подобострастие остальных дикарей были причиной моего внимания к этой личности.
Наконец престарелый модник остановился у клетки, внимательно рассматривая меня, сцепляясь со мной взглядом. А я отмечала непривычные черты его лица, мелкие, резковатые. За стеклами очков блестели черные узкие глаза, смотревшие на меня с неодобрением и почему-то с опаской.
