Хотя на каком-то интуитивном уровне я уловила исходящую от нее смесь напряжения и злости с отчетливым оттенком страха.
Утро, начавшееся столь насыщенно, продолжилось в том же духе. Покинув кабинет директрисы, я отправилась в садовую беседку, куда вскоре пришел лорд Снэш. Вместо того чтобы взглянуть на дневник, он первым делом проверил количество моих искр, которых оказалось восемь. В прошлый раз, когда мы стояли на балконе его дома, феникс явно собирался что-то мне сказать, но нас прервал его брат. И сейчас, когда мы находились в саду одни, он поделился со мной своими умозаключениями.
Не всеми, насколько я могла судить, но самыми важными.
Если теория лорда была верна, то я каким-то образом поглощала его свет, преобразовывая в личностные искры. Притом было неясно, распространяется эта моя особенность на всех фениксов или только на него. Вдобавок эти искры были подвижными — пользуясь ими для сотворения магии, я их утрачивала, поэтому их количество не было постоянным. А еще, похоже, я могла подпитываться от огня — как вчера, когда, пройдя сквозь пламя, восполнила потерянные до этого искры и залечила ожоги на руках.
— Ваш брат сказал, что вы обладаете особенностью, связанной с огнем, — припомнила я. — Как считаете, я могла частично перенять ее вместе с вашим светом?
— Возможно, — кивнул лорд Снэш. — Пока мы не можем быть ни в чем уверенными. Все мною сказанное — лишь предположение до тех пор, пока мы не найдем тому непоколебимые подтверждения. А для того чтобы их найти, нам придется часто контактировать.
Мне бы не хотелось причинять вам лишнее беспокойство, мисс Трэйндж, но ваш феномен необходимо изучать.
— Я понимаю, — согласилась с ним. — И сама хочу разобраться в том, что со мной происходит.
После лорд Снэш попросил показать ему дневник, и я, доставая его из сумки, буквально затаила дыхание. Подумалось, что сейчас он так же, как и остальные, его не увидит… Но нет — увидел.
Осторожно взял, положил перед собой и долго всматривался в потертый переплет.
Затем открыл, пролистал несколько страниц, вновь закрыл и медленно провел над дневником рукой. Из его ладони струился рассеянный свет, осыпающийся на дневник мелкой мерцающей пылью.
Когда лорд вновь посмотрел на меня, в его глазах отражалась озадаченность.
— Я не чувствую в нем никакой магии, — констатировал он спустя мгновение. — Это просто тетрадь.
— Но почему его никто видит, кроме мен… кроме нас? — усомнилась я.
