Крым наш!

Туда же, где уже, толкая друг друга, пробовали протиснуться в дверь нападавшие, полетели очередные наши свинцовые послания.

Я бросил в сторону пистоли, извлекая клинок. Сразу же сместился чуть в сторону, чтобы не быть прямо на траектории полёта вражеских пуль.

— Ух! — на выдохе я в бок проколол тело одного из бандитов, более остальных выдвинувшихся вперед.

Ещё звучали одиночные выстрелы. Кашин с другими бойцами, поняв, видимо, бесперспективность дальнейшей стрельбы, также прибежали на первый этаж, к выбитой двери.

— Дзынь! — мощно ударили сверху саблей по моей шпаге, когда я вознамерился проколоть ещё одного бандита.

Делаю шаг назад, разрываю дистанцию, так как вижу, что мой противник совершает снизу вверх разрубающий удар. Отвести такой удар шпагой практически невозможно. Да и зачем, если можно сделать шаг назад, уходя от удара и…

— Ух! — на выдохе, в глубоком выпаде, прокалываю своего противника.

А потом, для уверенности, наношу ещё один удар кинжалом-дагой в горло. Хорошо мне поставил всё-таки технику боя итальянец.

— Бах-бах! — раздавались выстрелы уже совсем рядом.

— Отходим на лестницу! — приказал я, понимая, что во дворе уже началось избиение казаков, и нам лучше бы выиграть даже полминуты, но не потерять при этом больше никого.

Раненого оттянули наверх, бойцы Кашина сразу же притащили из соседней комнаты массивный комод и загородили им сверху доступ к лестнице.

— Бах! Бах! Бах! — прозвучали выстрелы из-за комода, часть бойцов успели перезарядить свои пистолеты.

На улице все чаще звучали выстрелы. Именно в расчётное время, как и предполагалось, подоспели остальные бойцы моей роты.

И всё было так, как и задумано, кроме одной маленькой детали. В то, что всего лишь с трёх ударов нападавшие выбьют дверь, не верил ни я, ни кто-то другой. Предполагалось, что дверь прочная, и её предстоит рубить никак не меньше, чем минут пять. Всё это время сверху мы бы периодически отстреливали казаков, в какой-то момент даже закинув в их сторону гранаты.

Что ж… что бы ни происходило — всё наука на будущее!

Ещё немного выстрелов, много криков, и всё…

Установилась тягучая тишина, разрываемая только людскими криками. Ещё минут десять назад и это множество звуков показалось бы громким. Сейчас же — нет.