Но что находится на Чеховском бульваре? Я постарался вспомнить, не там ли расположены прокуратура, городской суд или уголовный розыск.
– Мы поедем ко мне, – пояснила Эльза.
«Ко мне»! А что такое «ко мне»? Ко мне в кабинет? Или ко мне домой? Мне очень хотелось уточнить этот момент, но стыдно было выказывать беспокойство. Эльза продемонстрировала мне завидную выдержку, когда я едва ли не силой усадил ее в такси и повез в неизвестном направлении. Теперь настала моя очередь показать себя. Ладно, что будет, то будет. Я изобразил на лице полную безмятежность… Она сказала, что я занимаюсь не своим делом.
То есть, по ее мнению, я напрасно занимаюсь сыском. Разве она сказала бы эти слова человеку, которого считала преступником? Ей что, нечего больше делать, кроме как упрекать в профессиональной непригодности убийцу? Подозревая меня в совершении преступлений, Эльза наверняка бы произнесла нечто похожее на то, что сказал мне Федька: «Ты зря прячешься от милиции». Или: «Лучше бы ты пришел ко мне сразу же после убийства Тоси».
Значит, есть надежда на то, что Эльза не подозревает меня. Или же это тонкий психологический расчет?
Такси остановилось на светофоре. Какое неприятное совпадение – мы встали всего в нескольких метрах от милицейской машины, которую обступили пятеро вооруженных парней в пятнистой форме. Эльзе достаточно было крикнуть, чтобы через мгновение дюжие молодцы скрутили мне руки и мой нос тесно соприкоснулся бы с горячим капотом такси… Она взглянула на меня – как мне показалось, с любопытством.
Мне понадобилось все мое самообладание, чтобы ни один мускул на моем лице не дрогнул. Какие же мы, мужики, иногда бываем глупыми! Ради того, чтобы предстать в глазах женщины сильным и храбрым, ради того, чтобы не потерять достоинство, готовы подавить в себе самый главный инстинкт – инстинкт самосохранения."
"Эльза опустила стекло, посмотрела на милиционеров. Потом достала сигарету и закурила. Мы поехали дальше. Улица Кирова. Сворачиваем на Луговую. Едем мимо гаражей. Еще один поворот и выезжаем на Чеховский бульвар.
Вот восьмой дом. Обыкновенная жилая многоэтажка. Я пробежал глазами по вывескам. «Молоко». «Компьютерный мир». «Аромат». Похоже, она привезла меня к себе домой. Я уже не говорю о том, что любой уважающий себя следователь не позволил бы убийце переступить порог его квартиры. Нормальная женщина близко не подпустит к своему дому преступника. Выходит, Эльза не подозревает меня? Мало того! Она доверяет мне?
Мы вошли в прохладный подъезд.
