Крымский излом. Часть 4 (СИ)

"«Крымский излом» том 4. «Момент истины»

Часть 13. Операция Благовест.

15 апреля 1942 года, Полдень. Брянский фронт. деревня Дьяково. Хозяйство Бесоева.

Старший лейтенант ОСНАЗ Петр Петрович Вершигора

Ранней весной 1942 года, как раз в те дни, когда вся страна праздновала освобождение Пскова, Риги, Таллина и снятие блокады Ленинграда,  я попрощался с политотделом 40-й армии и убыл в распоряжение отдела кадров Брянского фронта. К тому времени, как мне казалось, я уже пообтерся среди командного состава, и теперь мне отчаянно хотелось найти свое место на войне и покомандовать самому.

Сам не знаю почему, но мне хотелось за линию фронта, то ли в рейдирующие части ОСНАЗА, совершающие глубокие прорывы в немецкий тыл, то ли к партизанам.

Как человек уже повоевавший, раненый и побывавший в окружении, я просто восхищался нашими советскими людьми сумевшими повернуть против немцев их же немецкую тактику и идти с ней от победы к победе. Конечно, мне многое дало общение с бойцами 13-й гвардейской дивизии и с ее командиром полковником Родимцевым, на командном пункте которого я, пользуясь экстерриториальностью корреспондента, просиживал целые дни, но действия частей ОСНАЗА казались мне чем-то запредельным.

По какому-то странному стечению обстоятельств, а может быть и по велению судьбы, когда я в отделе кадров Брянского фронта набрался наглости и заявил: «Хочу в ОСНАЗ» рапорту моему был дан незамедлительный ход. Не знаю, какие шестеренки военно-бюрократического механизма при этом провернулись, но уже в первых числах апреля я получил предписание и убыл в распоряжение своего нового начальства.

При этом меня попутно переаттестовали из интенданта второго ранга, что соответствовало общевойсковому званию майора, в старшие лейтенанты ОСНАЗ. Злосчастные селедки мне больше не грозили.

Начало апреля это такое время, когда внезапно оседающие сугробы вдруг сереют и начинают таять, повсюду, поверх промерзшей земли разливаются бескрайние, подмерзающие по ночам лужи, а на пригретых солнцем южных склонах пригорков пробивается ранняя зеленая травка и первоцветы.

Фронтовые дороги в это время превращаются во что-то невообразимое, в заполненных водой глубоких колеях тонут по самое пузо даже обычно безотказные полуторки. Так что двести километров фронтовых дорог от деревни Нижний Ольшанец в 15 километрах восточнее Ельца, где располагался штаб Брянского фронта, до места моего назначения, деревни Дьяково в 25 километрах севернее Мценска, я добирался чуть ли не неделю.