– Как говорил Василий Иванович Чапаев, «хрен с ним, подавай и СС…» Только боеприпасов нам подбросили бы, а?
– У нас несколько другие планы. Если все пройдет как надо, то они до тебя просто не дойдут. Но бдительности не теряй. – Полковник Бережной посмотрел на часы. – Товарищ генерал-лейтенант, вы здесь хотите еще что-нибудь посмотреть, или мы вернемся в штаб?
Василевский кивнул:
– Давайте вернемся, товарищ полковник, я видел достаточно, и обстановка мне ясна.
Теперь мы готовы к очень серьезному разговору. Пойдемте, товарищ Санаев.
5 января 1942 года, 17:35. Аэродром Саки.
Штаб сводной механизированной бригады
– И как вы только таскаете на себе эту тяжесть, – генерал-лейтенант Василевский со вздохом скинул с себя тяжелый бронежилет. Рядом разоблачался майор ГБ Санаев.
– Дело привычки, товарищ генерал-лейтенант, – пригладил ладонью седеющие волосы полковник Бережной, – а если еще и марш-бросок в тридцать кэмэ, бегом и при полной выкладке… Но, товарищи, давайте займемся делами.
Майор Гальперин, что у нас слышно про эсэсовцев?
– По данным разведки, они будут на рубеже атаки примерно в 22:00. Продвигаются крайне медленно, их мобильность связывают румынские кавалеристы.
Сводная колонна противника находится в поле зрения трех наших разведгрупп, так что данные постоянно уточняются, – майор пощелкал клавишами на своем ноутбуке. – И вот еще что. По данным синоптиков, к тому времени нас ожидает глобальное потепление в локальном масштабе, температура поднимется до плюс пяти и снег перейдет в дождь. Результаты можно предсказать заранее – начнется распутица.
Наша техника-то пройдет, а вот у немцев даже танки застрянут.
– Товарищи, – раздевшись, генерал-лейтенант Василевский подошел к столу, – то, что я видел во время выезда на позиции, и то, что услышал сейчас, говорит, что вами запланировано наступление на Симферополь. – В голосе заместителя Генштаба РККА появились саркастические нотки.
