– Мы тут в нитку тянемся, жилы рвем, а оно вот как получается!
– Когда сволочи просрали страну, те пацаны, что сидят и умирают сейчас в окопах, еще не родились, – сухо ответил майору Тамбовцев. – Зато они четко знают – кто прав и кто виноват, на чьей стороне воевать и против кого."
"– Да я не о ваших бойцах. И даже не о вас, товарищи командиры, разговор, – Санаев немного успокоился. – Нам уже известно, что в бой с фашистами вы вступили сразу же, как только оказались у нас. И то, что вы немедленно начали искать канал связи с руководством СССР.
На момент нашего вылета из Москвы, у Советского правительства к вам претензий не было, и думаю, что и дальше не будет. Вы уже делом доказали, на чьей вы стороне.
Я назвал сволочами тех «товарищей», которым очень захотелось стать господами. О чем-то подобном мы догадывались, поскольку вы прямо назвали свою государственную принадлежность – Российская Федерация. Только реальность оказалась хуже наших предположений. Мы думали, что это государство включает в себя всю территорию СССР.
А оказалось, что осталась только РСФСР, – майор помолчал. – Но союзнички-то, союзнички… Мы, конечно, не особо обольщались насчет их любви к нам, но чтобы так нас ненавидеть!
– Таких союзников в мешках топить надо, как котят, – вступил в разговор полковник Бережной. – Мое личное мнение, что лучше уж иметь дело с явными врагами. Но высокой политикой пусть занимается товарищ Сталин. А мы предоставим ему такую возможность, продолжив ударно истреблять гитлеровцев. Считаю, товарищи, что нам сейчас надо сосредоточиться на чисто военных вопросах скорейшего разгрома немецко-фашистских войск, чтобы дать возможность советскому руководству спокойно решать политические вопросы.
В том числе и с союзниками. Чем быстрее закончится война, чем меньшие потери мы в ней понесем, тем легче и быстрее можно будет разобраться и с капиталистическим окружением.
– Вы совершенно правы, товарищ Бережной, – было видно, что майор ГБ Санаев собирается с мыслями, – действительно, вам и вашим командирам лучше будет вместе с товарищем Василевским заняться чисто военными вопросами.
А мы с товарищем Тамбовцевым побеседуем отдельно, на, так сказать, общеполитические темы. Чувствую, что нам еще предстоит много сделать для того, чтобы у нас никогда не произошло то, что случилось у вас. Надо будет сделать определенные оргвыводы, в том числе и по нашему ведомству. Что вы думаете, по этому вопросу, товарищ генерал-лейтенант?
Василевский, до того задумчиво сидевший, встрепенулся.
