Теперь можно и поговорить…
Промокшему под проливным дождем генералу была уже подготовлена у нас на лодке офицерская камуфляжная форма с парадными генерал-лейтенантскими погонами российского образца. Кстати, мы болтались у Бордо два дня, выжидая, когда пойдут те самые обещанные прогнозом проливные дожди. При другой погоде нашим диверсантам было бы на порядок труднее работать.
Смешно, конечно – форма полевая, а погоны парадные, но в Совместном Постановлении Политбюро ЦК ВКП(б) и Президиума Верховного Совета СССР специально указывалось, что для восстановления преемственности истории знаки различия (погоны) вводятся только для ношения с парадной и повседневной формой одежды.
Для полевого (камуфляжного) обмундирования частей РККА остаются старые различия образца 1938 года. И в самом деле, при ношении полевой формы с разгрузочным жилетом, введенным в употребление с 1 марта этого года, погоны закрываются этим самым жилетом и оказываются недоступными для употребления в качестве знаков различия. Предлагать же Антону Ивановичу петлицы генерал-лейтенанта РККА, тем более что называется с ходу, мы посчитали своего рода авангардизмом.
Если в нашем прошлом введение погон было приурочено к победе в Сталинградской битве, то в этой истории поводом к возвращению хорошо забытого старого стало снятие блокады Ленинграда. В Рабоче-Крестьянском Красном флоте погоны были введены для парадной, повседневной и рабочей формы одежды. Исключение составляли только части морской пехоты, которые экипировались в соответствии с нормами, принятыми для штурмовых и десантно-штурмовых частей РККА.
Так что я встретил Антона Ивановича с семьей у главного люка при полном параде, сверкая звездами на погонах. Офицеры и мичманы, занимающиеся своим делом, тоже были при погонах. Впечатление это произвело соответствующее, особенно на дам.
Но главное значение имели не они, а капитан Федорцов и его ребята. В самом начале, когда мы выходили из Мурманска в 2012 году, взвод подводного спецназа считался на нашей лодке прикомандированным подразделением.
Пусть сама конструкция проекта 885 «Ясень» предусматривает штатную возможность использовать подводных диверсантов, но ведь поход предполагался испытательно-боевым, и лишь в крайнем случае мы могли принять участие в боевых операциях."
"Но с тех пор много воды утекло, и морской спецназ стал нам воистину родным. Мы остаемся здесь, в относительно безопасной сверхсовременной субмарине, а они уходят на берег, чтобы встретить врага лицом к лицу.
