– А еще, мне кажется, я поняла, как он сюда ввезет наркотики!
– Мое мужское самолюбие рыдает.
– Нечего ему рыдать, может, я ошибаюсь. Ты бы и сам все понял, просто я тебя постоянно отвлекаю! – махнула рукой она.
– Это точно! – весело потвердил Антон. – Но я готов расплачиваться даже своей мужской самоуверенностью.
– Ринков, зачем такие крайности? Не надо трогать святое. Мне достаточно признания, что я очень умная…
– Ты самая умная из всех женщин, которых я встречал!
Он полез к ней целоваться. А оторвавшись от нее, отошел подальше.
– Рассказывай, что придумала…
– Понимаешь, это все на ассоциациях. Я красила губы, посмотрела на помаду, и хлоп – все сложилось, а потом упал колпачок от помады в вазу с водой, я посмотрела, и хлоп – еще одна догадка!
– Большинство идей приходят именно так, – подтвердил Антон.
– Я думаю: он же не будет везти сюда эту наркоту просто так, в вагоне? Он ее как-то спрячет?
– Конечно, но проблема в том, что ее много.
– Севастополь и Балаклава – все еще военно-морские города.
Так?
– Так! – подтвердил Антон.
Ему очень нравилась ее манера рассуждать, выстраивать логическую цепочку, заключая каждую фразу вопросом-утверждением: «Так?»
– Ты же изучал, я видела, какие поставки идут сюда постоянно. Чего больше всего завозится, и регулярно, из России?
– Горючее! Топливо в цистернах! – Антон схватился за голову: – Твою дивизию!
– Ты такой смешной, когда хватаешься за голову, похож на мальчишку! – посмеялась Наталья.
– Но на таможенном терминале все цистерны просвечивают рентгеном, – размышлял он.
– Да ладно! – возразила Ната. – Что ты, эти таможни не знаешь: может, они и просвечивают те, что идут для русской части флота, а что для украинской, скорее всего, так, спустя рукава. Если герметично пристроить груз возле люка, например, никто особенно и рассматривать не будет. Но, может, я и ошибаюсь…
– Это стоящая версия.
– Ладно, ты работай, а я пошла. – Наталья поднялась, поправляя одежду.
– Куда ты? – спросил Антон.
– У меня встреча с друзьями детства.
– И когда ты собираешься домой вернуться? – тоном строгого мужа поинтересовался Ринков.
– Куда «домой»? – не поняла она.
– Сюда.
– Ринков, это не дом, а гостиничный номер! – напомнила она Антону.
Он подошел к ней, обнял и нежно сказал:
– Дом – это всюду, где мы вдвоем, даже если это гостиничный номер!
Ната положила свою ладонь на его щеку, заглянула в глаза и сказала:
– Я стараюсь справиться со всеми своими страхами, честно. Но это непросто.
