А младший, я так понял, плакал, ища отсутствующую тетушку?
– Он у нас не плачет, а требует. Стучал ботиночком по столу и кричал: «Ната!»
– Суровый парень. А старшие?
– Строят планы, как будут выдавать любимую тетушку замуж.
– Это они правильно делают. Я бы хоть сейчас. Но, к сожалению, придется ждать возвращения в Москву, – поддержал инициативу Ринков.
– Антон, ты с ума сошел? О чем ты?
– А что, ты видишь другое развитие событий? И почему тебя это так удивляет? Не надейся, я тебя никуда не отпущу, – спокойно заявил он.
– Как порядочный мужчина, и все такое?
– Нет, как сексуально озабоченный мужчина, причем – по поводу одной конкретной женщины. Проще иметь тебя все время под рукой.
– Слушай, в тебе нет восточных кровей? А то звучит как-то очень… по-мусульмански.
– Восточных кровей нет, все наше родное, русское, но ты привыкай к мысли, что теперь ты – моя.
– Ладно, это мы еще посмотрим. А что у нас на полдник?
Наталья опять завернулась в покрывало и села за стол.
Кофе был горячий, с молоком, как она любила, имелись в наличии и тосты с бужениной, и йогурт.
– А жизнь-то налаживается! – откусывая от бутерброда, порадовалась она.
– Вот довел женщину – голая и голодная! – восхитился Антон.
– Тебе ведь работать надо, а мне – в семью, показаться на глаза родным и близким, – утолив первый голод, сказала Наталья.
– Я у тебя теперь самый родной и близкий, – поправил ее Антон, – а работать мне надо, это ты правильно заметила.
– Есть какие-нибудь новости, ну, насчет моей идеи?
– Пока нет, ждем-с. Сегодня приедет Михаил Дубин, это мой друг и зам по совместительству. Мне его надо встретить в аэропорту.
– Все понятно, у начальника роман и задание, где ж ему еще и контрактом заниматься! – догадалась Наталья.
– Совершенно верно, – подтвердил Ринков.
Они позавтракали, и Наталья, приняв душ, стала собираться.
Она привела себя в порядок, надела белье, взяла в руки платье, которое Антон утром поднял с пола и положил на кресло, и обнаружила, что оно порвано от воротника до талии. И восстановлению не подлежит.
Разглядывая платье, Наталья прокомментировала повреждения своего наряда:
– «И сия пучина поглотила ея в один миг!» Это я про нашу страсть, Ринков. Я с самого начала подозревала, что мое платье тебе не понравилось.
