Однако пистолет и нож на поясе у каждого ясно давали понять, что к сюрпризам они готовы не только на улице. – Что уставился? – растопив печь и поставив на неё греться чайник, недружелюбно спросила Сталкерша. – Да я, собственно, не на вас, а на печь больше смотрю... – отмазался Олег, поймав себя на том, что действительно долгое время уже с удовольствием рассматривает ловкую фигурку в лыжном костюме, – Понимаете... Сейчас вот только сообразил – почему мы сразу не предусмотрели встроенный бак для нагрева воды? У нас ведь даже сварка есть, а в принципе, можно было его просто вмуровать в кладку.
Это мой недосмотр, увы... Греем воду в вёдрах и баках на плите, как дикари на костре, чесслово... Сталкерша засмеялась, отреагировав на такую явную отмазку. Толик тем временем выкладывал из рюкзака съестные припасы. Устроились рядом с печкой, притащив из другой комнаты кресло и стул, и сервировав ужин на маленьком журнальном столике. Сталкерша зажгла пару свечей; но Олег заметил, что свечки были для неё, судя по всему, ценностью; и предложил свой вариант освещения: сунул включённый фонарик в скомканный полиэтиленовый прозрачный пакет, и поставил этот импровизированный светильник, в котором пакет играл роль диффузора, на стол.
С видимым облегчением хозяйка потушила свечи – света хватало. – Вы успели затариться батарейками? А я вот экономлю... – Успели, да. Вы, может, помните – в самом начале, когда ещё давали свет, а мародёрка уже началась, батарейки буквально валялись под ногами. Собственно, мы просто были несколько предусмотрительнее остальных.
.. Да это и не батарейки – аккумуляторы, у нас есть генератор для подзарядки. – Богатые? – Не так чтобы. Но быт себе немного стараемся облегчить. – Я смотрю консервы ‘МувскРыбы’ у вас?.. Новые? – спросила она, нарезая ломтиками солёное сало. – И новые. И старые есть, ещё до-бе-пе-шные. И шоколад есть. Угощайтесь. – Спасибо. – Сталкерша, в свою очередь, выставила на стол начатую коробку шоколадных конфет и пачку печенья. – А эпидемия у вас тут есть? Больные? – Было.
Издому полтора месяца не выходила. Потом... Потом ЭТО прошло как-то само-собой. Говорят, ‘штамм вируса не переносит низких температур’ – просто вымерзла зараза. Вместе с носителями. – Сколько этих ‘носителей’ тут лежит по квартирам – представляете? Что будет весной? – Да понимаю я... Толик, не участвуя ‘в беседе’, разогрел на плите в одолженной сковородке перловую кашу с тушёнкой, выгреб себе в тарелку добрую половину и молча принялся за еду.
