Крысиный бег #1

Но точно не стал бы меня закидывать куда-то в неизвестность.

Может я сдох? Может тело мальчишки для этого не предназначено? Но я мыслю, а в душу и загробный мир я не верю, значит, я ещё где-то в этом мире. Частичка меня жива.

Я представил себе тело Майки, его дурацкие синие волосы, жилистый сухой торс, увитый моими стараниями тугими канатами мышц, представил два узора на его груди. Словно со стороны увидел высокого, слегка худощавого парня, его молодое, крепкое тело.

И меня словно потянуло куда-то. Через секунду я очнулся перед зеркалом, с широко распахнутыми испуганными глазами.

— Бляяяя! — Протянул я через пару секунд."

"Как можно было их перепутать? Узор Скорости и Узор… Я даже не помню, как он назывался, то ли узор «извращенца», но это скорее наше самоназвание, то ли узор «смотрящего». Точно! Узор Постороннего Взора. Как же они похоже, всего пара лишних штрихов или завитушек! Да что за хрень!

Как можно было перепутать Узор Скорости с самым бесполезным узором, который любят только извращенцы? Я ведь даже не заучивал его никогда, только мельком видел пару раз! Может, в этом и проблема? Помнил бы я Узор Взора, точно бы не нарисовал его.

Вспомнить бы ещё, как он работает. Может и пригодится когда-нибудь. Блядь! Ещё и нанёс его вторым! Это же надо! Ну почему не десятым, где-нибудь на тыльной стороне ладони, подальше от сердца? Ещё и старался, сделал его таким огромным, заняв всю правую сторону груди.

Покачал головой, выдохнул последний раз и смирился. Уже ничего не изменить, не стоит тогда и пинать себя. Я лег на кровать, закрыл глаза, сосредоточилсяна образе отца Майка и мысленно коснулся Узора.

Такое чувство, словно сознание снова покинуло тело, я несся сквозь миллиарды звёзд куда-то далеко-далеко целую вечность. На самом деле прошло не больше секунды реального времени. Через секунду я открыл свои глаза и уставился в широко распахнутые глаза незнакомой мне девушки.

Совсем молодая и юная, лет восемнадцать на вид, пухлые губки, маленький вздёрнутый носик, большие васильковые глаза и густые брови. Она лежала подо мной на большой кровати, то прикусывая губки от удовольствия, то распахивая ротик для очередного вскрика. Её огромные груди покачивались в такт моим движениям. Не моим! Движениям отца!

Над ней кряхтел и вовсю трудился мой старик.