Может такое быть?"
"— Не кончатся! — Уверенно ответил голос Алины Николаевны.
— Думаете?
— Ну да! Как может закончиться то, чего нет.
— Бля! И что делать?
— Не паниковать. Давайте дождёмся утра или обеда. Там уже посмотрим. — Алина Николаена притихла на секунду. — Сколько нас здесь? Сделаем перекличку?
— Нас было трое…
— И нас трое пришло. Значит, половина группы здесь. Майки, мы сможем идти в такую погоду?
Я пожал плечами, но никто кроме Васьки этого не увидел. Пришлось повторять вслух:
— Вряд ли. Давайте дождёмся утра, а там решим…
Бездействие, ожидание и подступающий холод угнетали.
Прошло уже пару часов, солнце должно было выйти, но его не было, и это портило всем настроение. Мы подсели ближе к остывающим углям, но помогало это слабо.
— Я думал, должно стать чуть светлее, даже если солнце не вышло. — Шёпотом произнёс Макс. — А такое впечатление, что стало темнее.
— Наверное, погода совсем испортилась. Тучи.
— Тучи это хорошо. — Встрепенулась Василиска. — Дождь ведь развеет туман?
— Без понятия…
— Что? — Через минуту встрепенулся Макс за моей спиной.
— Что? — Так же односложно ответил ему я.
— К чему ты это сказал, я не понял?
— Я ничего не говорил.
— Он ничего не говорил. — Подтвердила Василиса, которая точно знала, мой рот был занят немного другим, как и рука, блуждающая у неё под одеждой, тискающая её грудь и поигрывающая с её возбуждённым сосочком.
Ну а что! Было скучно и холодно, и в этом киселе всё-равно никто не видел, чем мы с ней занимаемся.
А поцелуи и тисканье с Василиской Николь не запрещала. Она запретила немного другое… Ну да, нужно будет прояснить этот вопрос.
— Голос был мужской. — Не сдавался Макс. — Кроме нас с тобой тут мужчин больше нет.
— Есть ещё Димка и Петрович.
— Есть. Но они в палатке. Или… Дим? Дмитрий! — Выкрикнул Макс. — Хватит! Не время для шуток.
— А что он хоть сказал?
Макс недолго помолчал, затем тихо произнёс:
— «Сдохнете!» Он сказал «Вы сдохнете»…
— Может показалось?
— Вы сдохнете… — Подтвердил незнакомый голос откуда-то слева, и его услышали уже все.
— Сука! Не смешно! — Проворчал Макс.
С той стороны хрустнула ветка, затем хруст повторился чуть ближе, а за ним ещё один, чуть в стороне от первого.
Мы замерли и, кажется, не дышали. Просто сидели и пялились в пустоту, как слепые кроты. Снова навалилась тишина. Ни хруста, ни звука, ни шёпота. Прошло несколько долгих минут, и снова до нас донёсся шорох, словно кто-то очень тихо подкрадывался к нам.
