— Задумчиво и немного удивлённо проговорил высокий симпатичный блондин, взял в руки самое ценное, и дёрнулся в сторону спасательных капсул.
«Самое ценное» вырвалось из рук блондина, вернулось ко мне и с вопросом в голосе проговорило:
— Майки! Что будем делать?
А я что? Я первый раз в такой ситуации.
— Блондинчик прав. Нужно делать ноги. — Сделал я неутешительный вывод, глядя на медленно пролетающий метеорит слева по борту. Странный метеорит, огромный, словно маленькое солнце, и летящий почему-то не сверху вниз, как все нормальные метеориты, а снизу, откуда-то с земли.
Я взял девушку за руку и, оторвав её от созерцания необычного зрелища, потянул за собой в сторону капсул.
Где-то высоко над нами метеорит оглушающе-громко разорвался, и полетел раскалёнными осколками на наш купол, падая и выбивая очень неприятный барабанящий по куполу звук.
Небо стало багрово-лиловым, словно наступил какой-то херовый апокалипсис, и нас снова дважды тряхнуло. Похоже, нам в брюхо воткнулась ещё парочка таких метеоров.
Почему их никто не остановил? Здесь же куча Одарённых на борту? Ещё один удар, и нас на секунду подбросило в воздух, оторвав от пола.
Наш шаттл треснул ровно по центру и начал распадаться на две одинаковые половинки, понемногу начав пикировать в сторону земли. Справа что-то рвануло, впереди, в районе капсул ярко полыхнул взрыв, и пожар объял несколько визжащих человеческих фигурок.
Что за херня? У этого сраного дирижабля вообще никакой защиты нет? И это хвалёная безопасность? Где плавучесть при повреждении на две трети? Ещё несколько огромных трещин пробежало в разных направлениях, и корпус просто начал раскалываться на несколько частей.
Один из осколков метеора, падающих с неба, оказался заметно крупнее, и ощутимый удар о купол запустил целую сеть противно скрипящих и расширяющихся трещин.
Ещё секунда, и стекло словно взорвалось изнутри, с потолка посыпалась стеклянная пыль, маленькие квадратные стеклянные крошки и уйма довольно крупных и острых осколков.
Блядь! Кто додумался сделать потолок из стекла, а не из прозрачного пластика? Дебилы!
Один из осколков черканул меня по плечу, в подмышку потекла тёплая и липкая кровь. Узор на моей груди мгновенно полыхнул и погас — рана была пустяковая. За спиной у меня ойкнула Яна, крепко сжала мою руку и на секунду затормозила меня, бежавшего по инерции в сторону полыхающих капсул.
— Майки! Мы не добежим до капсул.
— Не добежим. — Согласился я.
