Что, интересно, произошло на воле за это время? «На воле» — блядь! Успел же набраться тюремного жаргона за какие-то три дня! Лучше бы какие-то нормальные знания так хорошо ложились в мою дурную голову, чем тюремная феня. Да уж…
Дверь в кабинет бесшумно распахнулась, и в воздухе сразу повисло какое-то напряжение. Вся тройка легавых (так! пора прекращать это!) разом выпрямилась, словно по струнке, и следаки загадочно переглянулись между собой.
— Ладно, пойдём покурим, парни! — Произнес Боров, едва заметно кивнул гостю, стоящему в дверном проёме, и, аккуратно протиснувшись между ним и дверным косяком, первым выскользнул из кабинета.
Исходя из габаритов Борова — смотрелось это немного комично.
Через десять секунд мы остались в кабинете вдвоём. Я и незнакомый мне молодой щеголеватый мужик."
"Он не спеша зашёл в кабинет, осмотрелся, провёл рукой по столешнице стола Карпова, посмотрел на свои пальцы, недовольно поморщился и вздохнул. Облокотился на стол и внимательно посмотрел на меня.
— Радимир. — Представился незнакомец и протянул мне свою руку для рукопожатия.
— Майкл. — Я встал, пожал протянутую руку и вернулся на своё место.
Передо мной стоял молодой, черноволосый парень, лет тридцати, с тонкими ухоженными усиками и холёным лицом. Едва уловимый запах мужских духов, резал глаза, а зачёсанные назад волосы и гладко выбритый подбородок немного меня нервировали. Не люблю я таких.
На парне был дорогой деловой костюм чёрного цвета, дорогие часы, изысканные золотые запонки с витиевато выгравированной буквой «Р».
Если бы не знакомство с Орловыми, не тесное общение с Николь, вряд ли я мог бы отличить дорогой костюм от дешёвого. Но с недавних пор я стал немного разбираться в этом. Хотя, тут и не нужно быть специалистом, всё говорило о том, что мой новый знакомый не простой человек.
Это ведь не тот Демон, про которого несколько дней назад говорили следаки? Вроде, нет. Тогда он называли другое имя, да и возраст у Демона должен быть слегка за пятьдесят. Тогда кто это?
— На почве чего у Вас произошел конфликт с Орловым? — Без долгих прелюдий задал прямой вопрос Радимир.
— Только честно. Сейчас я спрашиваю не для протокола, и эти, — он кивнул в сторону покинувших кабинет легавых, — о сути нашего разговора ничего не узнают.
Понятно. Очередной допрос. Какой-то специалист узкого профиля или смежной структуры? Скорее всего, второе. Ещё одна заинтересованная сторона. Насколько я могу быть с ним вообще откровенным? Ладно, дам ему то, что можно и так узнать.
