— Ну, может быть, вы прикасались к этому джемперу?
— Не прикасался. — На этот раз голос Чертанова прозвучал не столь убежденно.
Девушка выглядела растерянной:
— Товарищ майор… даже не знаю, что вам сказать, но Абрек указывает на вас. А может, вы были в этой квартире раньше?
— В этой квартире я никогда не был! — Чертанов, с трудом сдерживая злобу, обвел взглядом присутствующих. — Вообще, откуда взялась эта баба? Скоро она начнет утверждать, что это я подстрелил хозяина квартиры.
— Майор, вы здесь не очень-то кипятитесь, — негромко и даже как-то доброжелательно проговорил прокурор.
— Девушка здесь ни при чем, и свое дело она знает великолепно. Побольше бы таких специалистов. Да и пес на хорошем счету, промашек за ним тоже никогда не наблюдалось. Вы лучше нам скажите откровенно, вы действительно здесь никогда не были?
— Я вижу, — процедил Чертанов, — что дело значительно продвинулось. У прокуратуры появился на примете один подозреваемый, так? Но пытаться меня расколоть бесполезно, я крепкий орешек.
И в этой квартире я никогда не бы-вал! — произнес он по слогам.
Прокурор скептически хмыкнул:
— А что вы, собственно, раскипятились так?.. Поберегли бы свои нервишки. Никто вас пока ни в чем не обвиняет… Давайте-ка лучше займемся свидетелями. Кто у нас там сейчас на очереди? — обернулся прокурор к участковому, растерянно топтавшемуся у самой двери.
— Одна пожилая пара… соседи с четвертого этажа. Говорят, что видели тех, кто приходил в эту квартиру.
— Зовите, интересно будет поговорить.
— Послушай… как там тебя… Не имею чести знать…
— Кирилл Степанович Гордеев, — с улыбкой подсказал прокурор. Он был из тех людей, которых совершенно невозможно вывести из равновесия.
— Что ты во все вмешиваешься, Гордеев? Это мое дело, ясно тебе?!
Улыбка у прокурора была очень доброжелательной, такую физиономию можно встретить только у Деда Мороза на новогодней елке.
— Вы, кажется, хотите поссориться с прокуратурой? — ласково осведомился он и, не дождавшись ответа, добавил в той же мягкой манере: — Если нет, тогда прошу без хамства.
Победно махнув тряпкой, из ванной комнаты вышла уборщица и, ни на кого не взглянув, прошла в коридор, стукнув на прощание пустым ведром о косяк. На смену ей явился участковый, из-за спины которого опасливо выглядывали пожилые мужчина и женщина.
— Вы проходите, — весело распоряжался Гордеев. Было видно, что он умеет располагать к себе людей и проделывает это с немалым удовольствием. Его лицо так и лучилось обаянием.
