Не хочу тебя огорчать, Геннадий Васильевич, но у меня создается убеждение, что Чертанов бывал в этой квартире неоднократно. Даже более того, он был собутыльником покойного. Так что его поведение представляется мне, мягко говоря, странным. — Елизаров вздохнул, давая понять, как сильно расстраивает его сложившаяся ситуация."
"Крылов засопел в трубку, изображая праведное негодование, а потом заговорил:
— Даже не знаю, что сказать, Михал Михалыч. Твой тезка, конечно, мужик взрывоопасный, этого у него не отнимешь, но в моем отделе он — лучший.
Если тебя интересует мое мнение, то я не думаю, что Чертанов может быть замешан в убийстве.
Елизаров недоверчиво улыбнулся. Полковник Крылов прекрасно понимал, что, окажись его сотрудник причастным к убийству, то в этом случае рикошетом стукнет и по его репутации. А за себя Крылов постоять умел. Что ж, нужно быть готовым к бою. Очень часто в драке побеждает не тот, кто состоит из горы мышц, а человек небольшого росточка, но зато очень юркий и быстрый, с отменной реакцией.
Елизаров считал себя именно таковым.
— Хотелось бы верить, — сказал он. — Но для начала Чертанову придется ответить на парочку вопросов, тогда и примем окончательное решение.
— Хорошо, я скажу ему… зайти к тебе завтра.
— Не жалеешь ты своего коллегу, Геннадий Васильевич. Ты хочешь, чтобы я мучился бессонницей от неразрешенных вопросов? Давай сделаем так. Сейчас на моих часах… половина первого.
Пускай будет у меня через часик, максимум через полтора.
— Будь по-твоему, Михал Михалыч, — бодро произнес Крылов.
— Твоими бы устами да мед пить, — пробормотал Елизаров, когда положил трубку.
* * *Чертанов уверенно переступил порог кабинета Елизарова, поздоровался и, услышав тусклый ответ, не стушевался, а терпеливо застыл у входа, дожидаясь, пока полковник предложит присесть.
Елизаров не торопился, он сосредоточенно вчитывался в разложенные на столе бумаги, одобрительно кивал, ознакомившись с очередным документом, и совал его в папку.
Подобное отношение к коллеге можно было бы принять за обыкновенную рассеянность (проблем-то у начальника третьего отдела немало!), если бы не короткий взгляд, брошенный на Чертанова сквозь толстые линзы очков. Полковник не то чтобы наслаждался своей властью, но давал понять, что в его ведомстве даже старших офицеров можно мариновать у порога.
