— Специалистов высокого класса даже в Москве не так уж и много, — Тарантул сидел напротив, точно в таком же кресле. Из-под рукавов рубашки нескладно торчали длинные руки, поросшие густой черной растительностью. — А он должен был обратиться к лучшим. Их пятеро. Я тут пробил каждого из них. Все пятеро вполне обеспеченные люди, долгое время работали за границей. У четверых безукоризненные репутации, но пятый делает срочные операции, используя современные лазерные технологии, и берет за это немалые деньги. Попасть к нему можно по рекомендациям.
У него неплохие связи в криминальном мире. Скорее всего, Серого оперировал именно он.
— Покажешь ему фотографии Назарова и посоветуешь говорить только правду. Заплатишь деньги, это очень способствует откровенности.
Кошка затихла и не шевелилась вовсе, почесывание за ухом ей явно пришлось по душе.
— Хорошо, так и сделаю.
— Кстати, а у тебя нет случайно фотографии этого доктора?
— Есть. Мы сфотографировали его во дворе клиники. Думали, пригодится, — полез Тарантул в карман.
— Как видишь, пригодилась.
Варяг взял протянутую фотографию и невольно улыбнулся. Фото было выполнено мастерски, будто бы для какой-нибудь фотовыставки. На ней был запечатлен уже немолодой мужчина в темно-зеленом операционном халате. Облокотившись о косяк двери, он курил. Лицо усталое, почти изможденное, наверняка лепила вышел во двор, чтобы взбодриться после утомительной операции.
Этого человека Варяг узнал мгновенно, едва взглянув. Именно он делал ему пластическую операцию.
Он почти не изменился, вот разве что лицо сделалось несколько суше да седины на висках прибавилось.
— Ты знаешь этого человека? — перехватил взгляд Варяга Тарантул.
— Так, самую малость… Начните с него. Мне кажется, вы на верном пути, — и вернул фотографию.
Глава 18 ТИГР ВЫШЕЛ НА ОХОТУ
Чертанов нажал кнопку воспроизведения, и на экране, приближенное мощной оптикой, появилось лицо бригадира. Невысокий, но довольно плотный парень, как будто целиком состоящий из мышечной массы.
Погоняло у него тоже было под стать — Борец. На Пушкинской он был едва ли не главным действующим лицом, и молоденькие кассиры, разинув рты, уважительно взирали на него. Так смотреть могут только мальчишки, мечтающие о боевых подвигах. Оно и понятно, за Борцом была биография — участие во многих стрелках, многочисленные разборки и пальба. Тот еще фрукт.
О чем он говорил, не разобрать, но фразы короткие, резкие, как будто бы он отдавал приказы.
