Я не мог следить за ней, как ястреб, в течении всего дня, но я также не мог позволить ей уйти. Вот почему мне нужно было сделать её беременной как можно скорее. Я должен был наполнить ее своим семенем. В конце концов, семья – это то, чего она хотела больше всего на свете.
— Наконец-то ты будешь моей, – поклялся я, глядя на растрепанную копну золотистых волос. — Только моей.
Это была правда. Она была моей и больше ничьей.
Она не принадлежала ни Генри, ни его мерзким компаньонам, которые открыто пялились на нее.
Я не хотел, чтобы другой мужчина снова смотрел на нее, хотя и знал, что это невозможно. Даже персонал на этой яхте не мог оторвать от нее глаз, несмотря на то, что все сотрудники знали, что это может стоить им работы.
Именно поэтому мне нужно было оплодотворить ее и укрепить нашу связь. Нам обоим станет лучше, когда Джордан поймет, что у нее не может быть другого выбора, кроме меня.
Ее глаза затрепетали, когда я оставил нежный поцелуй на ее приоткрытых губах. Так же быстро, как она зашевелилась, она поддалась алкоголю, бурлящему в ее венах.
Мой следующий поцелуй был подобен лесному пожару, и она ответила даже во сне. Ее пальцы отчаянно вцепились мне в плечи, когда я отказался отпускать ее спустя время. Вместо этого мои губы захватили ее рот в плен, а язык стал исследовать его мучительно медленно. Этой всепоглощающей похоти не требовалось дыхание, хотя она металась подо мной, пытаясь глотнуть воздух и освободиться.
В конце концов я ослабил поцелуй и прикусил ее губы, собственнически проводя руками по ее телу.
— Я мечтал об этом годами, – признался я. — Никогда не думал, что ты дашь мне возможность воплотить фантазию в жизнь.
Она издала низкий горловой звук, очень похожий на одобрение.
Каждый мой вдох был тяжелым от предвкушения, а тело жаждало еще больше того, что мы испытали ранее. Я целовал ее живот, слушая, как учащается ее дыхание по мере того, как я прокладывал себе путь вниз, к ее беспокойным бедрам.
— Раздвинь ноги шире, детка, – прошептал я, прижимаясь к ней губами."
"Джордан инстинктивно раздвинула ноги, чтобы почувствовать мои прикосновения ниже. Я целовал ее там с открытым ртом, пока она не застонала от давления языка на чувствительный клитор. Улыбаясь про себя, я приподнялся, пока мы не оказались вровень, бедро к бедру. Влажность между ее ног коснулась моего члена. Я едва сдержал стон от обжигающего жара, исходящего от набухших половых губ.
