Кто не думает о последствиях…

Слабый хлопок растворился в реве мощного двигателя, они были несопоставимы, так же, как стограммовая коробочка с двадцатью граммами тротила несопоставима с одиннадцатитонным «Ми-8». Казалось, что крохотная вещица не способна причинить вред огромному вертолету, возможно, так бы оно и получилось, если бы не грамотное расположение взрывного устройства, которое и было рассчитано именно на размещение в наиболее уязвимых местах. Микровзрыв проломил желтую железную стенку, за которой болталось около тонны авиационного топлива, а остальное пространство занимали пары керосина.

Содержимое бака вспыхнуло, распирая салон, и в следующий миг вертолет превратился в огромный огненный шар.

Несколько секунд шар по инерции летел вперед, разваливаясь на части, а потом обрушился в узкое и темное ущелье. Члены экипажа так и не закончили разговор, насыщенный приятными ожиданиями.

* * *Все трое прищелкнулись карабинами к толстой веревке, приготовили ледорубы… Азат помог спутникам сделать страховочные обвязки, проверил крепления, заставил пропустить веревку через плечи, а не под мышками.

Обучать азам альпинизма не стал, даже про верхнюю и нижнюю страховку не рассказывал… Не нужно им уже все это, лишь бы до места груз донесли да прикрыли в случае чего. Ничего, Аллах поможет…

За соседним хребтом приглушенно громыхнуло.

– Что это? – поднял голову Хмурый.

– Гром. – Азат снова посмотрел на часы. – А может, лавина сошла. Хватит разговоров! Давай, вперед, ориентир вон на ту серую скалу!

Связка двинулась в путь: Хмурый – ведущим, Азат в середине, Недовольный – замыкающим.

Длина веревки между ними – метров по десять. Они шли по пологому, но довольно крутому склону. «Кошки» то впивались в твердый снег, то цеплялись за лед, то цокали по граниту, тогда идти было тяжелей. Каждый нес рюкзак – у Азата самый легкий, зато содержимое самое хрупкое и ценное. Хмурый и Недовольный размотали свои свертки, извлекли карабины «Тигр» и повесили поперек груди, положив на них руки. Сверток у Азата остался нераспакованным, но тем не менее с правого плеча свисал на ремне АКС-74У[1] стволом вниз.

Сверху они выглядели, как связанные между собой лилипуты, но желтые глаза того, кто наблюдал с острого выступа заснеженной скалы, рассмотрели железные палки, таящие в себе боль и смерть. Черные вертикальные зрачки снежного барса напряженно сузились. На этой высоте у него не было естественных врагов. Там, ниже, до линии снегов, водились кабаны и редкие медведи, но их пути никогда не пересекались.