Кто не думает о последствиях…

Как правило, конструктивного диалога не получалось: каждая сторона оскорбляла другую, как только могла, но среди потоков ругани можно было отцедить и полезную информацию. Однажды Оловянный, по случайной оговорке, вычислил местонахождение одного муртада, и его застрелили через три часа после того, как он запустил сообщение…

Сейчас, быстро проглядывая высказывания завсегдатаев сайта, он нашел то, что искал и что боялся найти, надеясь, что этот идиот Абдулла что-то перепутал.

«Час назад орестовали великава гаруна прямо совещания махачкале забрали». Подпись: «Лесоруб».

Ник автора уже встречался Оловянному раньше – он был приверженцем идей ваххабизма и сторонником муджахедов, причем никогда не опускался до плескания помоями, а уверенно отстаивал свою позицию. И хотя Руслан лично его не знал, но относился с доверием, насколько возможно доверие находящегося в розыске амира к незнакомому человеку.

Кто?! Кто мог арестовать теневого руководителя республики?! Неужели настолько изменился политический курс Центра?! Тогда следом наступит его черед…

Руслан нервно рылся в поисковиках, перебирал новостные сайты, но официальных сообщений об аресте мэра Махачкалы нигде не было. Хотя сообщение «Лесоруба» дублировалось уже на многих блогах и форумах. Оловянный попытался зайти на официальный портал администрации Махачкалы… Сайт не работал.

«А может, специально глушат! – подумал Оловянный. – Ну, ладно, посмотрим…»

Он снова зашел на блог «Кавказ» и начал набирать свое сообщение – призыв к муджахедам и всем неравнодушным выдвигаться в Махачкалу.

В комнату вернулся возбужденный Абрикос.

– Через час все соберутся. Что делать будем?

– Что делать, что делать! Поедем дядю у кафиров отбивать!"

"Но отбивать никого не пришлось: когда тридцать набитых под завязку легковушек и пять перегруженных грузовиков из окрестных сел собрались в условленном месте и начали движение к тоннелю, в головной машине внезапно ожил телефон Оловянного, номер которого знал лишь очень ограниченный круг людей.

– Читал небось про меня? – раздраженно спросил он.