– А если из власти, то на черном! А если из бандитов – то они все на черных джипах! Это тоже неплохо, хотя такого убить могут…
Они обсуждали потенциальных женихов – в основном это были парни постарше, сидящие на открытой веранде кафе «Елена» наискосок от школы. Макарова строила глазки и совсем взрослым мужчинам, многозначительно намекая, что это наиболее перспективный путь к обеспеченному браку. Из соучеников пользовались успехом Сашка Веремеев и Юра Фиников, у которых отцы занимались бизнесом.
Все остальные считались «ватниками» и интереса не вызывали. А Вику одноклассницы вообще не считали за человека и называли ее чувырлой. Макарова придумала эту кличку, так и пошло. Однажды Вика даже набросилась на обидчицу с кулаками, но та была сильнее, ходила на фитнес и надавала ей по морде. При всех! А остальные смеялись… Суки рваные! Мальчишки вообще не обращали на нее внимания, как на пустое место… Даже «ватники» не проявляли интереса…
Она смотрела на себя в зеркало: обычное овальное лицо, нос «уточкой», широко расставленные глаза, с морщинками вокруг – она постоянно щурилась, потому что носить уродские дешевые очки было стыдно… Да еще убогая одежда, полное отсутствие косметики – мать считала, что красятся только проститутки…"
"В этом городе она была никому не нужна.
И ей никто не был нужен. Ничего ее не интересовало, ничего в этой жизни она не хотела. Маленький Волговятск – совсем не «маленький Париж».
Училась она плохо, и будущая судьба ее была определена предельно точно: мясокомбинат. Мать трудилась там в бухгалтерии, а ее могла устроить на работу попроще: бойцом птицы, или фаршовщицей, или раздельщицей… Ее тошнило от одного представления об этой работе! Как-то мать устроила ей экскурсию в убойный цех: толстые тетки в окровавленных резиновых фартуках сидят вдоль конвейера, вынимают из зажимов захваченных за шею испуганных кур, отрезают ножницами головы и бросают бьющиеся тушки в один ящик, а конвульсивно открывающие клювы головы – в другие… Она чуть в обморок не упала!
– Дура, зато зарплату регулярно платят и мясо можно купить со скидкой! – вразумляла ее мать.
И обязательно мечтательно добавляла: – Правда, с тем, что раньше было, не сравнить! Каждый день выносили что надо…
И вот теперь низменная и некрасивая правда жизни сменилась красивой и возвышенной сказкой.
