Почти всегда долго сохраняли красоту и молодость.
– Поставьте мне занятия с Федей каждый день.
Шишигина даже привстала. Брови медленно поползли на лоб – казалось, если она не остановит их движение, рано или поздно они окажутся на затылке.
– Помилуйте, Кира Михайловна! Что я слышу!
– Каждый день, – повторила Кира. – Мальчик… нуждается в этом.
– В чем?
– Он проявляет способности, – соврала Кира не моргнув глазом. – Мы проходим математику, биологию… Конечно, мне самой приходится кое-что освежить в памяти. В целом все идет довольно неплохо, но ему нужны повторения упражнений, закрепление материала.
Родители, как вы понимаете, заняты общественной деятельностью. Я не сомневаюсь, они будут рады, если кто-то возьмет на себя эту обязанность.
Все. Теперь тихо-тихо выдохнуть.
– Я подумаю, – сказала Шишигина. Кире почудились в ее голосе нотки растерянности.
– Подумаете?
– Я поговорю с Буслаевой.
– Спасибо, – искренне сказала Кира. – Большое вам спасибо, Вера Павловна.
Дорожка, выложенная брусчаткой.
Чириканье звонка. Слабый запах лилий.
Федя больше не ждал ее в комнате. Он вылетал навстречу, точно пес, заждавшийся хозяина. Сходство усиливалось тем, что некоторое количество его слюней неизбежно оставалось на ее костюме.
– Гулять! Гулять!
– Уроки! Уроки! – передразнивала Кира.
Карта, разложенная на полу; пыльные солнечные лучи; запах яблок, которые он притаскивал с кухни себе и Кире. Они лежали на сквозняке и рассматривали страны. Пэчворк Европы Федя не любил и предпочитал водить пальцем по Африке.
– Не ковыряй в носу. Разве в Танзании живут твои козявки?
Заливистый хохот. Ужасно, что со временем она начала находить удовольствие в подобных шутках.
– Та-ам живут…
Кира придвигала пластиковые фигурки зверей, приобретенные в детском отделе. Львы расходились по саваннам. Бурого медведя на тележке везли в Сибирь, поскольку, во-первых, путь был неблизкий, а во-вторых, он был участником войны с Наполеоном и потерял в бою заднюю лапу.
– Кстати, кто такой Наполеон?
– Царь! Э-э-э… нет! Император!
– Какой страны?
– Франции!
– Покажи на карте.
Десять секунд напряженного поиска.
– Во-от.
– Англию?
– Во-от!
– Италию!
– Тут!
– Австрию!
– На-ашел!
– Федька, ты молодец! Теперь можем погулять.
На заднем дворе они поймали ящерицу и за надменный вид окрестили ее Наполеоном. Целых пять минут император грелся в жарких песках Египта, а потом удрал под камень.
3По кабинету Шишигиной летала муха, разомлевшая от зноя.
