– Я бы не смог, – быстро сказал Хэмиш."
"– Я не была в этом уверена. Вы ведь очень любите жену. Это ясно каждому, кто даст себе труд приглядеться к вам обоим внимательнее.
Нэнси и Роб покраснели.
– Но мне быстро стало ясно, – продолжала гувернантка, не замечая их смущения, – что человеку с вашим талантом просто не было нужды это делать.
– С талантом? Каким?
– Вы отличный актер, мистер Хэмиш.
Роберт неловко улыбнулся:
– Я все время боялся, что меня раскусят.
– О, нет! Все чувства, которых от вас ждали, были разыграны блестяще.
Вы подготавливали план побега Нэнси, а сами в это время изображали из себя счастливчика, освободившегося от постылой супруги. А когда после побега она уже была рядом с вами, очень убедительно тряслись от ужаса.
– Так когда же вы догадались?
– Когда поняла, что вас с новой дамой сердца никогда не видели вместе. Хотя, конечно, больше всего мне помогло то, что ваша выдуманная подруга всегда была сильно накрашена.
– Почему? – не понял он.
– Но ведь женщине легкого поведения нет нужды излишне пользоваться косметикой, если она все дни проводит дома.
Когда я сообразила это, то стало понятно, что вульгарный грим нужен для маскировки. Вы красились, мистер Хэмиш, надевали парик и принимались крутиться у окна. Пару раз вы даже совершали робкие вылазки в город – в сумерках, конечно.
Роб Хэмиш кивнул:
– Труднее всего было ходить, виляя бедрами.
Нэнси тихо рассмеялась.
– О, это вовсе не обязательно, – строго заметила миссис Норидж. – Хотя, пожалуй, для той женщины, которую вы изображали, бедра были не лишними.
Потом вы подстроили побег миссис Хэмиш и привезли ее домой. Теперь настала ее очередь притворяться девицей Пенни.
– Кажется, – сказала Нэнси, – мне это далось труднее, чем Робу. Актриса из меня никудышная.
– А я в тебе ничуть не сомневался.
Миссис Норидж пожала плечами:
– Вам нечего было опасаться. Соседи и знакомые не смогли бы узнать ее с первого взгляда, потому что Нэнси Хэмиш все помнили как рыжую толстуху. Простите, миссис Хэмиш.
Нэнси слабо улыбнулась:
– Вам не за что извиняться. Так оно и было.
– Но только до вашего заключения. За пять месяцев тюрьмы вы очень исхудали, а высоким ростом никогда не отличались. Фальшивые волосы завершили преображение, краска на лице исказила ваши черты. Правда, вы не могли удержаться и иногда выходили в свой сад.
Роб Хэмиш уставился на жену:
– Нэнси! – укоризненно воскликнул он. – Я же просил тебя!
– Ее видела только я, – успокоила миссис Норидж.
