А в доме две насмерть перепуганные бабы при девяти трупах. И озеро крови.
– Что вам известно про атамана? – торопливо спросил Лыков, чтобы быстрее отвлечь коллежского асессора от жутких воспоминаний.
– Тут сначала надо разобраться с его кличкой, – снова удивил питерца кубанец.
– Варивода вроде бы обычная для этих мест фамилия?
– Не совсем. На нашей балачке слово это означает «мучитель, истязатель».
– На балачке?
– Это, Алексей Николаевич, так называется здешний суржик. Местный говор.
– Понял. Кличка, видимо, не просто так дана.
Он садист?
– Садист, изувер, помесь черта с дьяволом. Вот только ничего другого мы об этом выродке не знаем.
– Когда он впервые промелькнул? В шайке Полюндры?
Пришельцев покосился на Коржа. Тот кивнул на бумаги, что смотрел Лыков до прихода коллежского асессора:
– Там же все написано.
– Я видел, что написано. А все ли сказано? Обычно всегда за рамками протоколов что-то остается. Но мелочей в сыскном деле не бывает, сами знаете. Давайте от печки, все с самого начала и как можно подробнее.
Тут как раз подошел еще один надзиратель, Жуковский. Рослый, статный, плечистый, он походил на Коржа, но притом был настоящий красавец с лицом избалованного женским вниманием савраса. Однако когда Жуковский заговорил, то обнаружил хорошую память и здравый смысл. Именно он вспомнил, что в преступном мире Екатеринодара бандит по кличке Варивода появился в 1903 году. Первоначально он квартировал в притонах вокруг Старого базара и занимался грабежами. Как ни странно, злыдень ни разу не попался полиции.
У сыщиков не было ни его фотокарточки, ни результатов обмеров. Только самые общие приметы: рост не менее восьми вершков[21], свирепая наружность, красные мосластые руки. Под эти приметы подойдет любой крючник с пристани…
Затем начались ужасы пятого года, и полиции стало не до мелких грабежей. Но однажды нашли труп у бараков для заразных больных, с веревкой на шее и вывернутыми карманами. Это оказался зажиточный мещанин, владелец свинопальни. А на другой день еще одно тело всплыло на озере Подкова, и тоже с признаками насильственной смерти.
Сыщики всполошились. Агентура сообщила, что оба убийства – дело рук Вариводы. Начались облавы по всем притонам, по секретным квартирам[22] и темным постоялым дворам. Найти преступника сходу не удалось. А потом в уличной драке между новобранцами был убит жандармский унтер-офицер, и поиски мосластого отошли на второй план. Сам он исчез из города.
Через полтора года нелюдь опять напомнил о себе.
