Но весь Екатеринодар знает эту историю, люди помнят ее до сих пор. И боятся табаковода как огня.
– За двадцать лет он так и не стал законопослушным?
– Есть у нас на Кубани поговорка: волки подыхают с зубами, – пробурчал начальник отделения. – Иначе говоря, старые привычки неискоренимы. И потом, эти приемы приносят негодяю успех. Он становится все богаче, на глазах у полиции, и та ничего не может с ним сделать. У негодяя есть особые люди для темных дел. В них его сила.
Алексей Николаевич поморщился вслед за коллегой:
– Например, Варивода и его шайка.
– Очень возможно. Странно, что мы до сих пор об этом не подумали… пока вы нас не надоумили.
– Вернемся к обществу взаимного кредита. Зачем, по-вашему, Конон участвует в его создании, если оно ему невыгодно?
– Чтобы влиять на учетную и залоговую политику. Он будет членом правления, а то и председателем. И… это самое.
– А кто другие крупные деятели в табачном промысле? Вы сказали, греки с турками?
Пришельцев подтвердил:
– Точно так. Самый главный конкурент Асьминкина – это Азвестопуло…
– Не может быть, – ахнул питерец.
– Это отчего?
– Моему помощнику такая же фамилия. Возможно, они даже родственники. Как вашего зовут?"
"– Георгий Харлампиевич. Капиталист из первых! Живет в большом доме на Базарной, окнами на Кубань. А еще имеет огромный особняк на углу Рашпилевской и Гимназической. Больше ста тыщ оценочная стоимость домовладения. У супруги Пенелопы Панаитовны свои хоромы на углу Гривенской и Соборной. И не забудьте большие плантации табака.
– Что же ему Асьминкин не предлагает сделку?
– Георгий Харлампиевич не выходит из дому без охраны. Там два свана ростом как жирафы, а кинжалы у них как двуручные мечи. Попробуй подступись.
– Но он тоже сделал взнос в будущий банк табаководов?
Вместо ответа Пришельцев полез в свежий номер «Кубанского курьера»:
– Вот тут есть кое-что… В доме Бейма на Красной улице уже готовится помещение для будущей кредитной организации. Среди учредителей Асьминкин, – идет на первом месте! – Попандопуло, Вафиади, Азвестопуло, Терашкевич, Руднев и Хейфиц.
Все тузы.
– Видимо, вы правы: наш удалец хочет сохранить влияние в отрасли. Но мне надо переговорить с его главным конкурентом. Если там отношения тугие, Георгий Харлампиевич может что-то и рассказать.
В совещании сделали перерыв, выпили самовар чая, Пришельцев раздал задания подчиненным и ушел на свою половину писать отчет полицмейстеру. Лыков остался думать. Фигура разбойника-табаковода очень его заинтересовала.
