""Нет, не может быть, – удивленно думала Розали. – Он, именно он, из всех мужчин Лондона!""
Что ж, внешне он вполне соответствовал тому образу, который нарисовала Элен, за исключением, может быть, того налета романтизма, которого в нем не было и следа.
Она представляла его себе весьма дерзким молодым человеком, этаким обаятельным повесой, а он был всего лишь холоден и надменен.
– Я слышала о вас, – призналась она.
– Не сомневаюсь. – Рэнд вытер лицо полотенцем.
""Ax, это вечное чувство собственного превосходства!"" – с отвращением думала она.
Розали откинула одеяло и встала с постели.
– Уже уходите? Так быстро?
– Мне нужно идти. – Все в ней отчетливо говорило о растущем отвращении к нему.
Рэнд оценивающе посмотрел на Розали, и взгляд его, казалось, проникал до костей.
– Идти? Куда? – спросил он.
– Мне…
– ..не хотелось бы говорить, – иронично закончил он. – Садитесь, все равно я не отпущу вас, пока кое-что не узнаю. – Это звучало поистине угрожающе, и Розали не двинулась с места. Всю жизнь Эмилия учила ее стараться поступать правильно в любой ситуации, но сейчас она растерялась.
Бежать? Звать на помощь? Или быть вежливой с ним?
– Неужели нельзя обойтись без этого? – взмолилась она.
– Без того, чтобы удовлетворить мое любопытство? Конечно, нельзя.
– Простите, но у меня нет времени, – резко сказала она.
– А у меня тем более, – отрезал он. – Поговорим о вашем долге.
""Не стоит показывать ему, что я боюсь"", – решила Розали.
– О моем долге? Что это?
– Всего лишь пара слов.
– Никаких слов! Я ничего не должна вам.
– Хорошенькое дело, твой дружок собирался вчера перерезать тебе горло…
Рэнд забыл добавить, что его приятели сами не прочь были оказаться на месте того бродяги. Воспринимать жизнь лишь как средство удовлетворения своих безрассудных капризов было правилом в их кругу. Это был довольно странный кодекс чести: во что бы то ни стало платить карточные долги, но не иметь ни капли простого сострадания.
– Вы дрались с ним? – удивленно спросила Розали.
Неужели он так благороден, что рисковал из-за нее жизнью?
– Нет, я заплатил ему гинею за тебя.
– Как это мило, – сказала она, не в силах скрыть возмущения. – Приятно знать, что кто-то так ценит тебя.
Я поражена вашей безумной расточительностью!
В его глазах застыло удивление: оказывается, у этой малышки, кроме хорошенького личика, есть еще и характер!
– ""Розали.., Petite fleur, vous devres cacher les epines"".
""Цветок мой, спрячь свои шипы"".
