– Я никогда не видела, чтобы ты выпил больше одного глотка вина…
– Знаешь, что я заметил, – уклонившись от ответа, сказал Рэнд. Его глаза сейчас были совсем янтарными в ярком свете солнца. – Ты слишком прямолинейна. Для меня это непривычно.
В его представлении такой беззастенчивой откровенностью могли обладать или проститутки, смотревшие на мужчину с бесстыдством продажной женщины, или совсем маленькие девочки, не овладевшие еще искусством обольщения.
Розали покраснела и опустила глаза.
– Я знаю.
Воспитанные девушки не должны поступать так.
– Да.
– Но почему ты пытаешься уйти от ответа? – настойчиво спросила она.
Их глаза встретились, ее – удивленные, вопрошающие, его – какие-то непостижимо-бездонные."
"Неожиданно Розали почувствовала, что в своем вопросе она невольно коснулась чего-то очень важного для него, что он хотел бы от нее скрыть, и во что бы то ни стало решила узнать его тайну.
– Тебе будет неинтересно, – уклончиво ответил Рэнд.
– Неужели тебя так волнует мое мнение? – чуть насмешливо проговорила Розали.
Она поняла, что Рэнд не любит говорить о себе, но ей так хотелось подразнить его!
– Ты, вероятно, ждешь рассказа в стиле Браммеля, – с мрачной улыбкой проговорил он. – Но все, что я могу предложить, это ничем не примечательные воспоминания детства, к тому же достаточно тяжелые. Тебе будет скучно слушать их.
– Ты не удивишь меня грустными рассказами!
Услышав вызов в ее голосе, Рэнд вдруг почувствовал непреодолимое желание излить ей душу, шокировать ее, сорвать покровы со своих ран и увидеть ее отвращение к себе.
– Ты хочешь знать, почему я не пью? – почти весело проговорил он. – Так вот – я, пил когда-то, и очень сильно. Когда я был еще ребенком какой-то шарлатан сказал моему отцу, что красное вино излечивает подагру и предотвращает болезнь, если она еще не началась. Этого было достаточно, чтобы укрепить его привычку к пьянству. Ко всему прочему он вдруг начал ""заботиться"" обо мне.
По-моему, ему было просто скучно. Когда его боль затихала, он становился несносен. Однажды отец настиг меня в библиотеке, в его руках была бутылка вина. – Рэнд помолчал немного. – Он заставил меня отпить глоток, потом просто вылил оставшееся мне в горло. Я сопротивлялся, но он был сильнее, я не мог с ним справиться. Затем это стало повторяться ежедневно, как только боль отпускала его. Я благодарил Бога, когда она наконец возвращалась к нему.
