, компаньонка принца, тоже весьма широка в обхвате, я, естественно, стал называть ее и Принни ""наши Бэн и Бэнина"".
Рэнд рассмеялся.
– Признаюсь, это было принято без особого восторга, хотя шутка весьма невинна.
Розали взглянула на Рэнда, и оба не сговариваясь улыбнулись. Безусловно, Браммель был очаровательным человеком, но все же немного бестактным.
– Следующий клин был вбит, – продолжил Бо, – когда Принни проявил ужасную грубость, сделав вид, что не замечает меня на маскараде в ""Денди-клаб"". Ну и последняя точка была поставлена, когда я гулял с лордом Альванли по Бонд-стрит, где мы случайно встретили принца и графа Моэра.
После двух минут разговора, во время которых регент опять проигнорировал меня, я остроумно заметил: ""А кто он, этот ваш толстый друг?""
– Невероятно! – проговорила Розали, удивляясь, как можно было сказать что-то подобное в присутствии самого правителя Англии!
– Однако шутка эта прозвучала не в самый подходящий момент. В конце концов некоторые долги заставили меня покинуть Англию, так и не помирившись с ним.
– О да, понимаю, – вежливо кивнула Розали.
Великий Бо Браммель был необыкновенно интересен, но странное чувство снисходительной жалости возникло у Розали, когда она смотрела на него. Он был наивен, как дитя, и тщеславие делало его ужасно беззащитным. Что будет с ним, ведь у него нет никаких источников дохода? Как он сможет вести тот образ жизни, который ведет сейчас? Однако Бо не проявлял и тени беспокойства о своем положении.
– Мисс Беллью, – сказал Браммель, – не хотите ли взглянуть на мой альбом? Здесь собраны послания многих моих знакомых. А вот стихи, я очень хочу, чтобы вы увидели их, они вписаны сюда одной восхитительной дамой, герцогиней Девонширской, Они начинаются такой строкой: ""Я люблю эти свежие розы, когда рву их в моем саду…""
Я забыл, как там дальше, – Это большая честь для меня, – проговорила Розали.
Браммель пробормотал что-то и, подойдя к встроенному шкафу, начал перебирать книги.
– Сележ! – вдруг нетерпеливо крикнул он, и маленький слуга тотчас вбежал в комнату.
– Я никак не могу найти мой альбом.
– Сейчас я принесу его, мистер Браммель, – кивнул слуга.
– Однако столько беспокойства, – начала было Розали, но Браммель перебил ее:
– Вовсе нет, моя дорогая, это совершенно особый альбом. Там собраны уникальные поэмы, на которые я позволяю взглянуть только моим самым привилегированным гостям.
– Мы чрезвычайно польщены, – сказала Розали.
