Диго усмехнулся, выражая свое отношение к происходящему, за что был вознагражден убийственным взглядом Фионы и меня. Вот не надо мешать мне врать честное слово.
— Кхм… Господа, прошу прощения!
Из кухни выплыла оливка и сцепив пальцы в замок, посмотрела куда-то вверх.
— Леди Фиона, мне необходимо знать ваши предпочтения в еде, чтобы мы знали, что готовить.
Я насторожился. Судя по зажатому виду новой кухарки ее вовсе не интересует, что любит Фиона. Острый как бритва взгляд рыженькой прошелся по мне, и остановился на невесте.
Повариха улыбнулась стиснув зубы, демонстративно важно положив лист бумаги на стол, и приготовилась слушать.
— Записывай, — промурлыкала Фиона, а я только вытаращил глаза. С момента, как в столовую вошел Диго, девушка вела себя жутко странно. — Каша овсяная, кукурузная, перловая. Ни в коем случае не рисовая! В ней много калорий, а я не хочу, чтобы меня разнесло как тебя.
Я подавился смехом и быстро заткнул рот булочкой, дабы скрыть неприличный звук. Назвать оливку полной лично у меня язык бы не повернулся, напротив, фигура у нее была отпадная.
Осиная талия, стройные ножки, красивая до умопомрачения грудь. Вспомнив кухарку в ванной я снова подавился, на этот раз булочкой. Проклятие!
Фиона продолжала наставления.
— Семена льна обязательно, слышишь? Обязательно каждое утро. Лимонную воду, фрукты, но только не бананы! Овсяную шелуху запаривай по три ложки и добавляй в каши, отдельно салат. Порции должны быть по сто пятьдесят грамм, не более! Я сама буду проверять на весах!
Оливия молча записывала, но через пять минут тишины медленно подняла голову и выжидающе уставилась на блондинку.
— Это все?..
— Да. Больше я ничего не ем, и тебе не советую.
Теперь удивился уже Диго.
— А с чем связано такое скромное питание?
Фиона фыркнула и смущенно улыбнулась.
— Желанием быть красивой, разумеется. Ведь хоть кто-то в этом доме должен следить за собой и своим поведением, - добавила она бросив на меня многозначительный взгляд.
Глава 9
Оливия
Я ворвалась обратно на кухню, словно за мной гнались черти.
Лицо полыхало от гнева, этой… курице белобрысой хотелось все перышки общипать!
— Скажи Анисия, я что, толстая? — задала я вопрос мучивший меня больше всего на данный момент. Если уж быть откровенно честной, я всегда мало внимания уделяла своей внешности, полагая, что внутреннее содержание намного важнее, но сейчас… Мне казалось, что меня прилюдно обваляли в грязи и обидно было так, что даже слезы наворачивались на глаза.
