Кухтеринские бриллианты. Шаманова гарь

Чтобы задобрить, много хороших вещей ему сплавил. Тот мужик, видать, проходимец добрый… — Глухов умоляюще поглядел на Антона. — Не суди меня, Игнатьич, строго. Заблудился я в жизни. В прошлую пятницу, когда тебя первый раз на рыбалке увидел близ озера, шибко хотел тебе все высказать, да испужался…

— Вот и зря испугались, — Антон нахмурился. — Сейчас ведь все рассказали.

Глухов безнадежно вздохнул:

— Сейчас мне деваться некуда…

Антон посмотрел на часы — время приближалось к рассвету, но за окном цепко держалась ночная темень.

Из соседней комнаты по-прежнему доносился глухой голос Славы Голубева. Вот-вот должна была подъехать из райцентра оперативная группа, вызванная по телефону. Антон только было подумал, не провести ли до приезда оперативную очную ставку Глухова с Калагановым, но в это время послышался шум автомобильного мотора. По окнам резанул яркий свет фар. Следом за первой сразу подошли еще две машины и остановились у колхозной конторы.

На крыльце затопали сапогами, послышались голоса. В председательский кабинет вошли подполковник Гладышев, начальник следственного отделения и прокурор района со следователем Петей Лимакиным.

— Где второй кладоискатель? — увидев одного старика Глухова, быстро спросил подполковник.

— В соседней комнате, Голубев допрашивает, — ответил Антон. — Привести?…

Гладышев посмотрел на прокурора, словно спрашивал у него совета. Прокурор утвердительно кивнул.

Калаганов вошел в кабинет сгорбленным, усталым стариком, выглядевшим значительно старше своих пятидесяти трех лет.

Его усадили подальше от Глухова, напротив. Положив на колени поврежденный кистевой протез левой руки, он уставился тусклым взглядом в темное окно, как будто не видя никого из присутствующих. Смуглое до черноты лицо с лохматыми густыми бровями словно окаменело.

— Что, кладоискатели, доискались? — строго спросил подполковник.

Глухов повернулся к нему:

— Сколько вор ни ворует, тюрьмы не минует.

— Заткнись!.. — хрипло оборвал Калаганов.

Глухов поднялся со стула во весь свой могучий рост, нервно дернул рыжей бородой и заговорил отрывисто, со злостью:

— Нет, друг ситный!.

. Теперь мне рот не заткнешь. Теперь терять мне нечего, молчать и гнуться перед тобой не буду…

Подполковник усадил Глухова на место, тихо посоветовался с прокурором и приказал увести Калаганова. Конвойные подошли к задержанному. Он нехотя поднялся и, сутулясь, тяжело пошел между ними.

Почти весь день провела оперативная группа в Березовке. Работы хватило всем ее участникам.