Кукла Буйного (СИ)

Он просто прожигает взглядом. Загоняет меня в угол. Наслаждается запахом моего страха. А я боюсь, до чертиков боюсь.

Такое ощущение, что я перед ним совершенно обнаженная стою. Потому что касания его взгляда чувствую на самой коже, под одеждой. Жжет так, будто он пальцами сжимает. А на мне, между прочим, джинсы и кофта. Из хорошего материала. Плотного.

— Д-давайте договоримся? — Мой голос дрожит. Я делаю еще один шаг назад и понимаю, что все. Дальше идти некуда. Потому что в эту самую секунду я упираюсь спиной в железные прутья камеры, и тихонько взвизгиваю.

Колени начинают дрожать и подкашиваться. Ничего лучше, чем схватиться пальцами за прутья и хоть так себя удерживать на ногах, я не придумываю. Но кажется идея была плохой. Потому что глаза Буйного вспыхивают от всей этой картины. Он довольно скалится и начинает идти на меня. Божечки, что же делать?

— Я сегодня добрый, — его улыбка не предвещает ничего хорошего. Я с ужасом наблюдаю как перекатываются мышцы под его кожей. Громадный какой.

Мамочки.

— Это ведь хорошо? — Испугано поднимаю глаза и смотрю на него. Таких мужчин я прежде не видела. Глаза бешеные как у самого настоящего зверя. И черные. Никакого просвета в них нет.

— Для меня да, — снова скалится. Издевается? Мои колени начинают дрожать сильнее.

— Вы не поверите, но все произошло совершенно случайно, — из меня вылетает скороговоркой. Я решаю, что нужно выдать все сразу, пока меня прорвало, дальше может опять ступор наступить. Раз мне уже никто не поверил, приходится признавать свою вину.

Да и громила, что сюда меня притащил, что-то про камеры говорил. — Я ведь не планировала. За считанные секунды все произошло. Я понимаю, что это слабое оправдание. Но я ответственная. Я все отработаю.

— Серьезно? — Буйный подходит совсем близко. Я нервничаю настолько, что не могу различить есть ли ирония в его голосе.

— Я могу написать расписку. Конечно, отдавать я буду долго, потому что работы у меня пока нет. Но я буду стараться. Устроюсь на две работы.

Снова тараторю. В какой-то момент мне вообще начинает казаться, что я вижу свет в конце тоннеля. Верю, что мы договоримся. Если у него есть еще ресторан, я могу работать там. Только, наверное, подальше от кухни.

— Отработаешь, — перебивает меня и тут я замолкаю в полнейшем ужасе. Потому что только сейчас осознала, что он подошел слишком близко. Настолько, что моя кожа начинает гореть от его горячего дыхания.

— Я много что умею, — произношу шепотом.