Кукла для босса

Вот часам к четырем и подгребай, лады?

— Объект номер один? — уточнил Кислицын.

— Он самый, — хмыкнул Агафонов и, отложив телефон в сторону, повернулся к Еве. — У нас с тобой на все про все один час, малыш, — печально улыбнулся он. — Потом за каким-то лядом Кислицын припрется.

— Значит, трахаемся в душе, — деланно вздохнула Ева и закатила глаза.

— Самый классный вариант, — весело бросил Агафонов. — Три в одном, Ева! Согреемся после прогулки. Займемся любовью и сразу искупаемся. Или наоборот. Чур, очередность действий выбираешь ты!

— Заметано? — подмигнула она и, выскочив из машины на расчищенную дорожку, понеслась к дому.

Но Агафонову вдруг захотелось поймать ее. Перебросить через плечо и, будто пленницу викинга, внести в дом. Ему хватило и пары шагов, чтобы догнать невесту и ловким движением закинуть себе на спину. И сразу по хребтине заколотили маленькие кулачки. И Зак, выбежавший навстречу, зарычал, не поняв, а потом залаял и заскакал вокруг Агафонова и Евы, как придурашливый щенок.

— Отпусти, — весело запричитала Ева, стукая его по заднице.

 — Отпусти, Миша!

— Яволь, моя госпожа, — выдохнул Агафонов, ставя невесту посреди коридора.

— А я думала, ты меня так в душ отнести хочешь, — фыркнула она, стягивая с ног угги, и прокричала на бегу: — Кто последний, тот и лузер!

Агафонов рассмеялся, давая ей фору. И пока Ева, первой заскочив в санузел, включала воду и доставала с полки полотенца, Михаил насыпал корма собаке и почесал за ушами.

— Какой же ты молодец, Зак. Умный пес, — прошептал он, потрепав любимца за холку.

А когда шагнул в ванную, услышал странный мотивчик.

— Мы рождены, чтоб сказку сделать былью! — неслось из душевой. Михаил вступил под горячие и мягкие струи, лившиеся будто бы с потолка. Обнял Евдокию, танцующую словно под дождем, и прижал к себе. Провел ладонью по мокрой груди и, тут же приподняв Еву за бедра, прислонил ее к стене.

— Ох, — вздохнула она, обвивая его торс ногами. Потерлась грудью и, обхватив руками за шею, полезла целоваться.

— Я уже не могу, — прошептала она с придыханием и заерзала в его руках, полностью вбирая в себя «малыша».

 — Я даже никогда не думала, как же это классно заниматься любовью… — выдохнула она и дальше уже не смогла вымолвить ни слова. Только застонала, когда пальцы Агафонова огладили внутреннюю сторону бедра, а язык на правах завоевателя вторгся в полуоткрытый рот…

Они вывалились из ванной, когда часы показывали без пяти четыре, а сотовый Агафонова разрывался от трелей.