Именно в нем он отправился на проведение этого чертового ритуала. — Почему его не переодели? — вырвалось у меня. Волнение становилось все сильнее. Желание оказаться рядом с владыкой росло с каждой секундой.
— Правительница Малика запретила прикасаться к нему. Она даже не пустила его родителей к телу владыки…
— Я хочу внутрь! — перебила я мужчину. — Мне нужно внутрь!
Лариан вновь начал мне объяснять, что проход доступен не всем, а лишь тем, кто является близкими кровными родственниками. Но ведь внутри меня и растет ребенок правителя, а значит, что я могу попробовать пробраться в склеп.
Собрав всю свою волю в кулак, резко дернула руку, которая на мгновение выскользнула из крепкого захвата мужчины. Мысленно прося прощения у своего не родившегося дитя, я подалась вперед. Секунда, и моя нога переступает порог склепа.
— Этого не может быть! — послышалось за спиной, и я обернулась на голос, смотря в шокированные глаза стража. — Но как? Вы… беременны?! — с придыханием произнес Лариан.
— Боги! Вам срочно нужно уходить отсюда. Если хоть кто-то расскажет Малике, что вы здесь, она не задумываясь устроит показательную казнь. Я уйду с вами! Буду защищать до конца своих дней! У меня есть дом…
— Я не могу уйти! — покачала печально головой, перебивая разволновавшегося мужчину. — Пока не попрощаюсь с ним, не могу!
Набрав полную грудь воздуха, шагнула второй ногой, оказываясь в темной комнате, которая была пропитана смертью. Ариман лежал на каменном возвышении, и со стороны казалось, что он просто спит.
Я готова была отдать все, кроме наших детей, ведь Лису я считала своей дочерью, лишь бы его вновь глаза распахнулись.
Шагала все дальше, не обращая внимания на трясущиеся ноги. Нехватка освещения действовала на нервы. Мне хотелось разглядеть его. Навсегда отложить черты лица любимого в своей памяти.
Встав возле ног владыки, неуверенно прикоснулась к ним ладонью. Холод. Неимоверный холод пополз по моей коже, и я резко отдернула конечность. Зажав рот рукой, жалобно всхлипнула.
В отдалении мерцали стоящие в ряд свечи, пламя которых практически не давало никакого освещения, скорее наоборот, еще больше нагоняло жути.
Лариан так и стоял возле входа в склеп, пристально наблюдая за каждым моим движением. Набрав полную грудь воздуха, двинулась вперед, к голове правителя, ведь я хотела поцеловать его в последний раз.
Ноги отказывались меня слушаться. Вместо большого шага едва удавалось переставлять ступни.
