Частое дыхание и резкие толчки, которые неспешно будут приближать меня к взрыву чувств и эмоций. Прикрыв глаза, попыталась успокоиться. Мне не нравилось то, что я ощущала. А ощущала я сильное возбуждение к этому мужчине. Снова. Спустя двадцать минут после оргазма. Неужели так бывает? С Димой было все иначе. Непонятные телодвижения с обслюнявливанием губ. Причем двухчасовой секс так и не подводил меня к оргазму, потому что его размеренные движения не имели страсти. Я иной раз даже засыпала от его ласк.
Не стоит говорить, что Дима приходил в бешенство от этого, но что поделать, если получалось именно так. Сейчас, оглядываясь назад, не могу дать ответа, почему вообще жила с этим мужчиной. Зачем тратила свои годы на бесчувственного нытика и эгоиста. Как не силилась, но так и не смогла понять. Даже помнится, начала чувствовать себя фригидной, но как доказал Ариман, это абсолютно не так.
Я не знала, какая продолжительность жизни у драконов, но что-то мне подсказывало, что точно не как у людей.
Мое тело будет привлекательным еще максимум лет пять-семь. Потом уже поздно будет надеяться на внимание правителя. Поэтому сейчас нужно пользоваться случаем. Что ж, беру дело в свои руки. Не захочет — заставим! У меня времени осталось очень мало, и я хочу насладиться им сполна.
— Ой, смотри, Катарина, там кто-то приехал? — девочка побежала вперед, и я поспешила за ней, игнорируя сальные взгляды двух стражей.
— Лиса, смотри под ноги, — крикнула я девочке, которая перепрыгивала через одну ступеньку, выбегая на гравийную дорожку.
32. Осознание
Ариман
— Милый, — всхлипывала Сария, жалобно шмыгая носом, — что же я такого могла сделать, отчего меня притащили сюда, словно собачонку на привязи?
Пристально наблюдал за искусной актрисой, которая буквально недавно делила со мной ложе. На секунду стало так тошно, что когда-то я имел с ней что-то общее, отчего захотелось выругаться сквозь зубы. Куда смотрели мои глаза, когда я лез к ней под юбку? Да что я вообще мог найти в ней? Сам не понимаю!
— То есть, — произнес спокойно, — ты не в курсе своих грехов? — приподнял брови, выказывая удивление, пусть оно и было наигранным.
Вальяжно расположился на кресле, закинув ногу на ногу. Прищурившись, наблюдал за своей бывшей любовницей, которая валялась у меня в ногах и усиленно пыталась доказать, что она ни в чем не виновата.
— Каких еще грехов? — удивилась дракайна, хлопая ресницами.
