Кукла его высочества

Мейра! Неужели мне придется все сказать прямо сейчас? Вот так? В дворцовом коридоре? Когда он так… смотрит на меня и так… улыбается?

Я набрала в грудь побольше воздуха и… уронила взгляд на его ладони.

— Ты без перчаток? — изумилась я, сказав, разумеется, совершенно не то, что собиралась.

— Жарко сегодня, — пожал плечами Делаэрт.

— Значит, жарко? — приподняла брови, и он невозмутимо кивнул. А я, не удержавшись, расфыркалась. — А до этого столько лет морозы стояли?

— Не помню. — Глаза первого принца сверкнули весельем.

 — Он помолчал. — Я… хочу быть собой, Анаис. Хотя бы один день.

— Я понимаю, — сказала серьезно и порывисто сжала его пальцы. — Правда.

Делаэрт опустил взгляд и задумчиво воззрился на наши сцепленные руки.

— Ты… прикасаешься ко мне, Анаис? — недоверчиво спросил он, словно это не было очевидно.

— Э-э… в первый раз, что ли? — удивилась я, слегка сбитая с толку его интонацией.

Первый принц вскинул на меня глаза.

— По своей инициативе — в первый, — уверенно сообщил он.

Хм-хм… Мейра! Я смущенно потянула верхнюю конечность обратно к себе, но принц мои пальцы перехватил и удержал. Более того, легонько дернул меня на себя и… накрыл мои губы своими. Мейра! Я и не думала, что это будет так сладко. И так ярко. Словно… магическая вспышка. Взметнувшееся облачко пыльцы и перезвон аглации магикус. Завораживающее пение волшебных птиц-фей. Сочный, насыщенный вкус зрелого амарала. Обжигающий жар раскаленной календусской пустыни и успокаивающая прохлада валарийских садов.

Смешанный пьянящий аромат королевских лилий Итерстана и моих любимых цветов. Самый чистый утренний свет и самая темная непроглядная тьма. Стремительный полет вверх, к самым тонким планам бытия, на которых едва удерживается индивидуальное сознание, и не менее головокружительный полет вниз, в затягивающую и манящую бездну, тоже вплоть до полной потери себя… Все мои рецепторы вдруг сработали одновременно, насытившись до предела, и я замерла.

Делаэрт отстранился, окидывая меня быстрым цепким взглядом, словно проверяя, не собираюсь ли я умереть прямо в его объятиях, а я… даже успокоить его не могла.

Ни единого слова квакнуть или пошевелиться адекватно. Глядела во все глаза, не моргая, и пыталась понять, потрясен ли он так же, как я?

Делаэрт перехватил мой взгляд, и из черных провалов его глаз жадно, властно и требовательно на меня глянула древняя голодная бездна, вызывая дрожь ужаса и восторга.