Кукла моего отца (СИ)

Сообщив, что побуду немного в библиотеке, я ненадолго покинула вечеринку.

Хотелось отдохнуть, в идеале завалиться в постель. Но ещё рано. Праздник с приходом именитых гостей лишь достиг пика, и у всех присутствующих открылось второе дыхание. Алкоголь лился рекой, и вокруг царило такое веселье, что казалось, это черти выбрались из ада. За мной.

Я шла по коридору, почти сбегая, маскируя потребность не думать про Йена желанием побыть в одиночестве. А на самом деле – унять боль в сердце, которое кричало: он не хочет сделать меня своей.

Эта фраза билась в моей голове, как птица о лобовое стекло. И я мечтала, чтобы она вылетела и исчезла из меня навсегда.

Пафосное вечернее платье от именитого кутюрье мне уже изрядно надоело. Оно казалось тяжёлым, стесняющим движения. К тому же из-за глубокого выреза на спине мне постоянно приходилось переживать, не увидит ли кто-нибудь нечаянно мои ягодицы. Платье, как и всё то тряпьё, что заполняло гардеробную, выбирал лично Бенджамин. Мне даже казалось, что наряжать молодую жену в яркие, провокационные и откровенно сексуальные одежды – его фетиш.

Ведь он заполучил меня в качестве своей игрушки. Куклы для услады глаз.

Порой мне хотелось стащить все те короткие юбочки с себя, в которых страшно нагнуться, – можно засветить трусики. Топики, оголявшие плечи и большую часть моей скромных размеров груди, выставленную напоказ, словно товар на рынке. От осознания того, что я для этого человека живой манекен, тело начинало чесаться. У меня возникала аллергия на эту нарочитую сексуальность, которую хотел мне привить супруг.

Частенько, стоя вечером перед зеркалом, я видела, что чувствительная кожа покрывалась пятнами, едва ли не крапивницей. Мой организм отторгал эти непомерно дорогие ткани.

Шум музыки приглушал все иные звуки, а потому, когда я зашла в библиотеку, оказалась совершенно не готова к увиденному. В комнате не горел свет. Однако открывшаяся сцена с лихвой освещалась огнями фонарей из сада. До малейших подробностей. В ушах зашумело.

Прямо напротив меня Йен имел свою спутницу, уложив её на столе.

Они ещё не заметили постороннего зрителя, слишком погруженные в половой акт. А я не находила в себе сил пошевелиться, чтобы рвануть отсюда куда подальше. Просто стояла и смотрела на этот процесс широко распахнутыми глазами и с открытым от удивления ртом.

Девушка держалась за края стола, пока её большие сиськи тёрлись об его глянцевую поверхность. Как и член позади неё методично вдалбливался в гостеприимное тело.